Непальские приключения: как избавиться от арахнофобии с помощью 10-часового горного перехода в Гималаях под дождем. День 6.

Чомронг — Бамбу — Дюрали (3200)

Ночь в Чомронге была сырой и холодной: покрытые снегом вершины наполняли ущелья своим ледяным дыханием. Мой будильник сработал в 5.55. На этот раз я мигом выскочила из спальника, надела колючую шапку, обула не зашнуровывая ботинки и выскочила за дверь встречать рассвет. И как по волшебству ровно в 6 облака разошлись, небо очистилось и, освещенная первыми лучами солнца, показалась красавица Аннапурна.

Горы такой высоты обладают какой-то невероятной гипнотической силой. Смотришь на них, а в голове в это время начинается нелепая суета. Потому что созерцая такой масштаб, хочется и собственные мысли хотя бы немного возвысить до чего-то действительно стоящего. Проходит несколько минут, и ты ощущаешь, как гора успокаивает тебя, отдает немного своей уверенной силы. Она будто шепчет тебе что-то. И ты, желая расслышать этот таинственный шепот, хочешь подойти к ней как можно ближе. Горы умеют звать так, что сложно устоять.

И в этот миг, стоя на террасе и наблюдая, как солнце подсвечивает вершину, мне больше всего на свете хотелось идти на этот зов. А потому мы не стали особенно рассиживаться, быстро позавтракали вкуснейшими тибетскими лепешками с джемом и чаем, собрали вещи и отправились в путь.

Утро разгоралось жаркое. Несмотря на ранний час, воздух был очень плотным и тяжелым. Становилось душно, но тогда мы еще не понимали, что это явные предвестники скорого дождя и спокойно шли по живописной тропе. На выходе из Чомронга, остановились, чтобы купить мандаринов у местного торговца и зарегистрировать наши пермиты на чек-пойнте. Много фотографировали, рассматривали сувениры, беседовали с жителями. Увидели даже, как суровые непальские селяне разделывают с помощью острых кривых ножей кукри тушу козы. И вообще мы находились в каком-то расслабленном состоянии. И еще не совсем понимали, что пора бы собраться, потому что путь нам сегодня предстоит непростой.

Не торопясь спустились на дно ущелья, пересекли очередной навесной мост и начали подъем по крутой каменной лестнице в поселок Нижний Синуа.

Вообще фраза "подъем в поселок-с-названием-Нижний" сама по себе звучала как оксюморон. Но это компенсировалось наличием где-то там под облаками поселка с названием Верхний Синуа. Местные жители заезжали туда верхом на мулах.

Одна пожилая женщина, уютно устроившись в седле и мило щебеча по мобильному телефону, с комфортом возносилась наверх. Мы же тяжело пыхтели рядом, шествуя на своих двоих. Мул-перевозчик оказался непослушным и периодически останавливался, не желая карабкаться выше. Я в душе благословляла это несговорчивое животное и пользовалась этими мгновениями, чтобы немного отдышаться. Тем не менее от мула стоило держаться подальше, потому что во время подобных остановок эти негодяи часто справляют свои естественные нужды. В чем мы не раз могли убедиться во время предыдущих встреч с этими милыми существами.

В Синуа мы устроили небольшой привал, чтобы выпить чаю. Здесь, как и на всем маршруте, были обустроены особые места для отдыха — чаутара. Это такие каменные скамейки, сделанные специально для отдыха с грузом. Можно подойти к ним спиной и поставить на чаутару рюкзак или баул, не снимая его. Обычно такие скамейки обустраивают в самых живописных местах на тропе. Отдыхаешь и любуешься видами.

Мы достали свои термосы, наполнили кружки ароматным чаем и принялись рассматривать далекий Чомронг, который оказался теперь на противоположной стороне ущелья. И тут же на лестнице «образовалась» стайка детей и собак. Грязные и сопливые, впрочем как и везде в Гималаях, дети носились вверх и вниз, играли с маленьким щенком-колобком и радостно смеялись чему-то своему. Мы пустили в ход остатки подарочных конфет и свистулек. Дети были счастливы, повторяя без конца то Намасте, то Сенк ю.


Допив чай и попрощавшись с жующими малышами, отправились дальше. Небо окончательно затянуло тучами, и периодически начинал моросить противный дождик. Через несколько часов мы добрались до поселка Бамбу и остановились в большой комнате одного из лоджей, чтобы пообедать.

Стоило нам спрятаться под крышей, как полил дождь. Мы, конечно, радовались такой удаче. Но прекрасно понимали, что обед рано или поздно закончится и нам придется идти дальше уже под дождем. А потому заранее достали из рюкзаков свои дождевики и гамаши. Гамаши — это не шерстяные штаны, которые мы носили в детстве, это такие туристические гетры, которые закрывают от дождя и снега ботинки и нижнюю часть ноги до колена. Я свои гамаши легкомысленно оставила дома, а потому уже предвкушала, как буду хлюпать по размокшей тропе в грязных и мокрых ботинках.

Пока мы ждали обеда, который готовили тут же, удалось немного осмотреться. Лодж, в котором мы остановились, отличался от других, расположенных ниже. Это был уже настоящий горный приют: по периметру большой комнаты стояли лавки с матрасами, в центре — широкий общий стол. В таких комнатах, к которым примыкает и кухня, в горах обычно спят носильщики. Но иногда здесь ночуют и запоздавшие треккеры, которым не хватило места в маленьких комнатах.

Обедали мы в этот раз страшно долго, всячески оттягивая тот момент, когда придется выходить на мокрую тропу. Каждый в душе надеялся, что дождь чудесным образом закончится. За чаем обсуждали последние новости. По пути в Бамбу мы встретили очередного соотечественника, который спускался из ABC. Он рассказал, что тропа в этом году действительно вся под снегом, и кругом натыканы таблички про лавиноопасность. Народ в базовый лагерь поднимается в кошках, но лично он обошелся без них. Из-за плохой погоды он вынужден был дважды подниматься в ABC, чтобы встретить рассвет. Пока мы обсуждали возможность арендовать у местных легкие кошки, случилось чудо и дождь прекратился. Не веря своей удаче, мы быстро собрались и буквально помчались дальше в попытке обмануть погоду.

Но погода, видимо, решила, что хватит уже нам потакать, и минут через 40 дождь возобновился и уже не покидал нас до самого конца маршрута. А у меня случилось ЧП. Мой китайский дождевик-пончо сразу же красиво порвался по шву, когда я попыталась надеть его поверх рюкзака. В этот момент я с завистью посмотрела на какого-то английского треккера, который торжественно прошагал мимо меня с большим черным зонтом. Хотя, конечно, зонтик на тропе — это странное событие.

На мое счастье рядом со мной оказалась Эльвира. Она молча протянула мне запасной дождевик. А потом сказала, что, видимо, кто-то хитрый и большой наблюдает за мной. Потому что в тот момент, когда она покупала свой собственный дождевик, ее будто что-то кольнуло и заставило взять еще один, запасной. Хотя она смутно представляла, зачем он может понадобиться. И вот пожалуйста. Я скомкала порвавшийся мокрый дождевик, но не представляла куда его можно засунуть. Так что пришлось нести его в руках, вместе со сложенными треккинговыми палками.

Это раздражало и было крайне неудобно. Кроме того, в запасном дождевике рукава оказались на три-четверти. В связи с чем моя куртка сразу же промокла до локтей. Но каждый раз я думала о том, что я могла бы сама промокнуть до нитки, как мои рукава, если бы не этот чудесный запасной дождевик.

Тропа под ногами уже порядком раскисла, так что кое-где ноги скользили в вязкой глиняной кашице. И как назло начался затяжной подъем. Вообще эта часть пути до поселка Дюрали состояла из одних подъемов. Потому что от Бамбу до нашей конечной точки мы должны были набрать около тысячи метров. Шли мы довольно тяжело. Каждый спрятался в своем дождевике и остался наедине со своими невеселыми мыслями и каменными ступенями. Я перестала заглядывать вверх и выискивать глазами хотя бы небольшой ровный участок, и смотрела только себе под ноги. А лестница всё не заканчивалась и не заканчивалась. Становилось тяжело дышать, у кого-то начала болеть голова. Но все мы знали, что лучший способ акклиматизироваться, это нагрузить организм физически. Так что мы молча шли вверх, оставаясь наедине со своими ощущениями.

У входа в поселок Хималая буквально недавно сошел сель, и нам пришлось перебегать небольшой десятиметровый участок по раскисшей глине и грязи. Когда спустя пару дней мы возвращались по этой тропе обратно, там уже вовсю стучали молотками рабочие и мостили новую дорогу.

Добравшись до Хималая мы останавливались под крышей одного из лоджей, чтобы перевести дух. Большинство треккеров уже достигли места ночевки, приняли душ, выпили горячего чая, переоделись в сухое и теперь посиживали в общих столовых беседуя и ожидая ужина. Мы же, уставшие и мокрые, должны были идти дальше. И как велик был соблазн плюнуть на всё и остановиться раньше намеченного. Даже Амрит и Сунил стали говорить, что Дюрали слишком далеко и подниматься туда дальше будет тяжело. Но Виктор был непреклонен да и свободных мест, как оказалось, в Хималая уже не было.

Часы показывали 16.00, в пути в общей сложности мы находились что-то около 7ми с лишним часов, ужасно устали и вдобавок вымокли. Оставалось еще примерно два-три часа пути до Дюрали. При этом всё только вверх и вверх. И этот факт лишал нас присутствия духа.

Несмотря ни на что мы двинулись дальше. Виктор одолжил мне свою мембранную куртку взамен вымокшей. На этот раз я спрятала руки под дождевик, и немного согрелась. Небо стало совсем темным и мрачным, а тропа опустела и казалась какой-то бесприютной. Никто не хотел лезть в гору в такую погоду.

Оставшуюся часть пути я запомнила плохо. Кроме беспрестанно льющего дождя, размокшей дороги под ногами и уныло шагающих товарищей я почти ничего не видела. Но потом на фоне заснеженных гор показались далекие огоньки крошечного поселка Дюрали. Помню, что боялась не успеть добраться туда до темноты. А еще мне все время казалось, что Дюрали совсем близко, я же вижу его. Но мы шли и шли, а огни всё не приближались и не приближались, так что я поначалу злилась, а потом впала в какую-то унылую апатию.

Наш последний на пути к ночлегу привал мы сделали под огромной нависающей над пропастью скалой. Вместе с нами там оказались ребята из Бангкока: две девушки, парень и два их носильщика. Мы немного поболтали, пожаловались друг другу на усталость и дождь и сделали общую фотографию на память. Смех у всех уже был немного истерический. Хотелось поскорее добраться до тепла и упасть на горизонтальную поверхность.

Между скалой и поселком пролегал довольно протяженный снежный участок с явными следами недавно сошедших лавин. По нему нам пришлось бежать. Хотя на тот момент сил у меня уже не осталось, потому я как могла быстро шла по этому грязному снегу, задыхалась и думала, что мне уже совершенно все равно, накроет меня лавина или нет. Возможно даже и хорошо, если накроет. Тогда мои мучения наконец окончатся, и вот тогда я отдохну. Но лавина меня от мучений не избавила, и я снова уперлась в проклятую каменную лестницу, которая венчала последние десятки метров к поселку. Это казалось издевательством, но было бы странно, если бы преодолев весь этот путь я не смогла бы одолеть и эти ступени. И я одолела.

Дальше я буквально рухнула на какие-то нары в каменной комнатушке метр на метр, с потолка которой капала вода. Полежав так немного, я собралась с силами, чтобы переодеться в сухое, развернуть спальник и налить себе немного чая. На этом силы мои иссякли, и я начала реветь. Видимо, это моя естественная реакция на стресс, после которой очень даже легчает и становится почти совсем хорошо. Раньше за собой такой особенности я не замечала. И вообще в тот момент я поняла, что все мои страхи исчезли и растворились. И я могу даже взять на ручки большого паука, который болтается в паутине под оконной рамой, что я и проделала без всякого страха, чтобы укрепить в себе это новое чувство. Ощущения были странными, доселе ничего подобного я не испытывала. И, знаете что, мне эти ощущения очень даже понравились. А вот пауку наверное не очень, он как ненормальный пытался удрать от сумасшедшей тёти, в прошлом арахнофоба.

Потом за нами пришли Амрит и Сунил и позвали в общую столовую, требовалось что-то съесть. И вот тут я поняла, что нет, есть я совсем не хочу. Видимо, 3200 для меня — это предел нормальной работы желудка. Я заказала что-то по необходимости, но смогла проглотить только пару кусочков я уже даже не помню чего. Только лимонный чай мне удалось выпить без сильного отвращения. Потом я кое-как умылась, выставила под дверь для просушки свои ботинки (хотя затея, кажется, была бессмысленная), вывесила дождевик и свалилась в спальник.

Несмотря на всю усталость, сказывалась высота, и сон ко мне не шел. Часы на руке показывали пульс в покое — 120 ударов в минуту. Так я и промучилась всю ночь в бессмысленных попытках уснуть. И мысли мои были сплошь малодушны. Я мечтала проснуться утром, собрать свой нехитрый скарб и отправиться вниз, там, где тепло, мандарины, нет такой одышки, и сердце не уносится в облака, где хочется есть и способна сохнуть одежда. В ту ночь я мечтала о Чомронге, и в каком-то недолгом сонном забытьи шла вниз, вниз и только вниз. Но утром я встала, намотала сопли на кулак и отправилась вверх...

День 1: https://www.moya-planeta.ru/reports/view/nepalskie_prikljucheniya_ot_katmandu_do_annapurny_den_1_46182/

День 2: https://www.moya-planeta.ru/reports/view/pro_nosilshhikov_konoplju_i_beshenye_nepalskie_dorogi_den_2_46186/

День 3: https://www.moya-planeta.ru/reports/view/nepalskie_prikljucheniya_gimalajskaya_zhizn_na_kamennyh_stupenyah_ili_chem_zanimajutsya_nepalcy_v_gorah_den_3_46250/

День 4: https://www.moya-planeta.ru/reports/view/nepalskie_prikljucheniya_krasota_gimalaev_vs_gornaya_bolezn_den_4_46371/

День 5: https://www.moya-planeta.ru/reports/view/nepalskie_prikljucheniya_o_termose_dzhordzha_mjellori_voinahgurkhah_i_o_tom_kak_pomyt_golovu_v_gimalayah_i_vyzhit_den_5_46453/

Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Оставить комментарий
Необходимо авторизоваться
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Новости