Моя Планета
13 июня 2017
4313

Бон вояж на Уралмаш

О приключениях француженки на районе — от хоррора до артхауса.

Изящная Сесиль Плеже стоит в коридоре убитого уралмашевского общежития и плачет от страха. Рядом огромный нетрезвый мужик с собакой орет на съемочную группу. Развенчать миф о суровом характере Урала, оказывается, не так-то просто.

Свердловская область стала третьим регионом России, где снимается документальный фильм «Сесиль в стране чудес» телеканала «Моя Планета». По задумке авторов российско-французская актриса и танцовщица Сесиль Плеже путешествует по стране в компании съемочной группы и ломает популярные мифы, связанные с отдельными регионами. Первые две серии проекта снимали в Кабардино-Балкарии и Вологде, местом действия третьей стал Средний Урал.

— Сесиль, вы раньше бывали в России за пределами Москвы?

— В детстве я была на Байконуре — снималась там в документальном фильме, а жила во Франции. Через 20 лет я туда вернулась и мы продолжили съемку. Еще я бывала в Питере, на всяких дачах и два дня в Вологде у подруги, когда училась в ГИТИСе. Сейчас в рамках этого проекта я, можно сказать, открываю для себя Россию.

Дочь русской пианистки Натали Плеже и французского инженера, Сесиль родилась в Москве, но затем с семьей переехала в Париж. В 2000 году актриса вернулась в российскую столицу, где окончила ГИТИС и сыграла немало ролей в театрах, кино и сериалах. Сейчас Сесиль занимается в основном диджейством, ну и является главной героиней документального фильма о российской провинции.

В Екатеринбурге гостье устроили экскурсию по Плотинке, сводили в «Коляда-театр», на модный показ, а затем привезли в Нижний Тагил. На первых кадрах, отснятых во втором городе Свердловской области, Сесиль купается в фонтане и разбивает бутылку себе о голову. Вскоре оказывается, что брутальность Тагила несколько преувеличена: «Мы приехали и увидели много людей с детьми, колясками. Все было так мирно», — рассказывает Сесиль.

Уралмаш удостоился сразу двух визитов съемочной группы. В первый день документалисты познакомились с клубом «Модница» в ЦК «Орджоникидзевский» и даже засняли, как пожилые дамы дефилируют по подиуму. Во второй день, в субботу, экскурсию по району для гостей провел директор Музея истории Екатеринбурга Сергей Каменский. Первые впечатления от уральской столицы у француженки остались самые радужные, и Уралмаш должен был обогатить образ города новыми гранями.

— Там написано «чел-аут», а надо «чилаут». Я очень люблю, когда что-то неправильно написано».

— Так, может быть, это от слова «человек»?

— Наверное. А out — потому что его куда-то выбрасывают

— Сильно ли отличаются города, в которых вы побывали, от Москвы?

— Екатеринбург — нет, Вологда — да, Нальчик — да. Причем разница не в людях, а в самом городе, его состоянии, архитектуре. В Екатеринбурге бросается в глаза его опрятность. У нас сейчас Москва переживает реновацию, везде стройка, ремонт дорог. Так непривычно увидеть город без этого всего. Мне нравится, что есть и сохраненные дома, и новые. Меня не смущает его эклектичность, я вообще люблю эклектику.

Автобус № 33 объезжает площадь Первой Пятилетки по кругу, в салоне записанный голос рассказывает истории о НИИ Тяжмаш и детстве на районе. «Я должна это заснять, — отвлекается Сесиль, целясь камерой телефона за окно.

— Там написано «чел-аут», а надо «чилаут». Я очень люблю, когда что-то неправильно написано».

— Так, может быть, это от слова «человек»?

— Наверное. А out — потому что его куда-то выбрасывают.

Под памятником Серго Орджоникидзе Сергей Каменский рассказывает Сесиль, как в дремучем лесу создавались завод и район вокруг, задуманный как город-сад. Как сюда мечтал попасть любой инженер, и слава Уралмашзавода гремела по всему миру. И что случилось потом, когда производство пришло в упадок и местные жители враз лишились прежнего внимания к себе персон уровня Фиделя Кастро. «Так это был мегамозг! Силикон вэлли», — периодически всплескивает руками его собеседница.

— Как вам центр Екатеринбурга, Сесиль?

— Когда мы туда пришли, там был праздник, всюду ходили дети — было очень здорово, просто прекрасно.

— А теперь вы в спальном районе. И как?

— Ну, он спальный. Видно, что пожил, но здесь нет адского ада. Я его не испытываю.

Вскоре Сесиль предстоит испытать адский ад, но пока она об этом не знает. Следует предложение отправиться в общежитие на Стахановской, 2. Стены этого здания потрескались так, что сквозь трещины видно улицу, и все же здесь по-прежнему живут люди. Полтора года назад активисты пришли сюда и раскрасили коридоры этого убитого дома разноцветными картинками, чтобы жильцам было не так тоскливо. Вскоре власти приняли решение о сносе аварийного дома, вот только до дела так и не дошло.

В темном коридоре с обшарпанными стенами слышен шум воды — это в общей кухне кто-то охлаждает под струей фунфырик с неизвестным содержимым. Мимо Сесиль, в ужасе застывшей на входе, снуют туда-сюда пьяные с утра молодые люди и озабоченные чем-то бабушки. Пока съемочная группа запечатлевает для истории ужас на лице француженки, попавшей в сердце уралмашевского гетто, два молодых человека подшофе начинают настойчиво интересоваться происходящим: «Зачем снимаете? Чтобы быстрее снесли? Чтобы не сносили? Давайте мы все вам расскажем!»

Избавиться от навязчивых помощников удается с трудом. Делегация следует на второй этаж, где стены украшены рисунками. Вдруг из-за угла возникает хорошо пьяный мужчина и начинает кричать, что он «не будет это смотреть» и «никому не позволит». Пока оператор и Сергей Каменский успокаивают буяна (выясняется, что он даже не живет в этом общежитии, но мнение свое по нему имеет), Сесиль стоит в стороне и плачет. «Мне страшно», — говорит она. Вокруг пьяные люди, стены с обнаженной дранкой и застоявшийся табачный дух — шокирующая обстановка для столичного бомонда.

Съемочная группа отправляется на бульвар Культуры, чтобы найти здесь эталонных гопников с семками и в трениках, посидеть с ними на кортах и сплясать. Как ни странно, в излюбленном месте уралмашевских алкоголиков на этот раз оказывается все сплошь приличная публика, в основном мамы с детьми

— Почему вы плачете?

— Я очень впечатлительная. Как только что-то происходит, я всегда придумываю развитие сценария по худшему варианту. Я могла бы стать прекрасным режиссером фильмов-катастроф. Я испугалась этого человека, но я вовсе не презираю людей, которые здесь живут. Мне их очень жаль.

Съемочная группа отправляется на бульвар Культуры, чтобы найти здесь эталонных гопников с семками и в трениках, посидеть с ними на кортах и сплясать. Как ни странно, в излюбленном месте уралмашевских алкоголиков на этот раз оказывается все сплошь приличная публика, в основном мамы с детьми. Долгие поиски подходящих персонажей не дают результата, и Сесиль и ее команда уже готовы махнуть рукой на свою идею, когда замечают двух колоритных парней в спортивных костюмах и лишь слегка пьяненьких. Договориться оказывается легко, и вот простые парни с района становятся героями фильма.

Уралмашевский трип заканчивается для Сесиль на Белой башне: Podelniki пригласили ее на концерт. Перед тем как вскарабкаться на самый верх культового сооружения, француженка надевает каску: вполне закономерно для человека, постоянно рождающего в уме апокалиптические сценарии.

Впрочем, в последнее время башня выглядит вполне мило, и даже голые кирпичи и граффити в стиле лофт здесь как будто специально созданы модным дизайнером. На концерте в баке гости просто сидят и слушают Николая Шабуневича (Blues Bastards) и Глеба Васильева (экс-N.E.V.A.).

Позже Полина Иванова, одна из хранителей Белой башни, рассказывает Сесиль о том, как горстка энтузиастов спасала этот памятник конструктивизма и как теперь Podelniki мечтают заразить своим примером других. «Вы же прививаете так любовь к городу? Мне, как француженке, это понятно и близко. А как москвичке — нет. Неужели кто-то может вот просто так взять и отдать что-то простым людям? Для Москвы это невероятно».

Концерт окончен, съемки тоже. На следующий день Сесиль ждет прогулка по городу с Сашей Гагариным из группы «Сансара», а может быть, и встреча с «чайфами». Затем на три недели самолет вернет путешественников в Москву, а потом опять умчит в один из далеких российских регионов. В планах Калмыкия, Алтай и еще три субъекта РФ. Сколько времени займет подготовка сериала к прокату, его создатели пока не знают. Возможно, похождения Сесиль в Екатеринбурге телезрители смогут увидеть уже в сентябре.

— Сесиль, вам не кажется, что у русских и французов в чем-то схожий менталитет?

— Наверное, так сложилось исторически. Вспомните «Войну и мир». В России было принято знать французский, Россия симпатизировала Франции. Почему? Это вы мне скажите. Схожесть в менталитете? Может быть, но для меня это вопрос открытый. У французов есть что-то общее с вами, но я пока не могу понять что. У меня много знакомых французов, не экспатов (я с ними не особо общаюсь, потому что я в эмиграции). И они говорят: здесь что-то такое есть. Мы действительно чувствуем здесь некоторое притяжение. Драйв!

Ая Шафран, корреспондент ЕТВ. Фото: ЕТВ

Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Оставить комментарий
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.
В эфире
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
06:55
Рекорды моей планеты. Самые огромные порции в ресторанах
07:25
Зверята всего мира. Австралия и Новая Зеландия
08:20
Магия вкуса. Прибалтика. Очень медленная кухня
06:30
Звериный репортёр
07:00
Летние дни
08:00
Волонтёры. Выпуск второй
Нет лучшего способа узнать нравиться ли вам человек или вызывает отвращение, чем отправиться с ним в путешествиеМарк Твен