Гайана по-русски

Александра Кузьмина, 43 года, психолог, Джорджтаун, Гайана
«Я сначала не понимала, как растущие всюду бананы могут стоить дороже, чем в Питере»

Об универсальном гайанском времени, социальном расслоении и наследии колониализма — «Моя Планета» беседует с жительницей столицы Гайаны Джорджтауна.

В Гайану мы переехали полтора года назад из Колумбии. Здесь недавно нашли нефть, и ее больше, чем во всей Южной Америке. Нефтегазовая индустрия стекается в Гайану, и мужу предложили хорошую работу. До этого мы успели пожить в разных местах России — на Дальнем Востоке, в Сибири и Санкт-Петербурге, в Узбекистане и Киргизии, в Южной Корее. И где бы мы ни жили, мне очень нравилось.

Гайана же — страна парадоксов. Несметные природные богатства, запредельные цены, неразвитость абсолютно всего и дикий криминал в столице. Провинция живет сельским хозяйством, там намного спокойнее.

Страна долго переходила от британцев к голландцам и обратно, а в 1966-м провозгласила независимость. Несмотря на близость Бразилии, Венесуэлы, Суринама, с ними почти нет торговых и культурных связей. Гайана не имеет отношения к Латинской Америке, говорит на английском и входит в Союз Карибских государств.

Деньги на богатых природных ресурсах делает кучка людей. Их дворцы построены на безумно дорогой земле посреди разрушенных хижин нищего населения. Лет 30 назад Гайана была путем переправки наркотиков, на этом и поднялись нынешние бизнесмены.

При ценах выше, чем в России, в четыре-пять раз, зарплата в $1000 считается очень высокой. Я сначала не понимала, как растущие всюду бананы могут стоить дороже, чем в Питере, и даже не покупала некоторые продукты.

Плюс страны — сказочно богатый животный и растительный мир. Дождевые леса, бескрайние саванны, ближе к Бразилии начинаются горы. Но в места, привлекательные своей дикостью, не доедешь на машине. В отдельные деревни за очень большие деньги летают маленькие самолеты.

Туристическая фишка — орнитологические туры, диковинных птиц много даже в столице. А местные зачем-то держат птиц в малюсеньких клетках.

На главную достопримечательность, водопад Кайетур, второй по величине после Анхеля, можно долететь самолетом за $150–200. И столько же отдать за койку в общей комнате в национальном парке. Неудивительно, что гайанцы не знают своей страны. Люди с деньгами ездят на более доступные Карибские острова.

Мы все-таки смогли добраться до дебрей Гайаны. Организовали перелеты на самолетиках, нашли гидов по джунглям в индейских деревнях… Чтобы туда попасть, нужно загодя получить разрешение у тюшао — местного вождя. Связаться с тюшао до прибытия почти невозможно: нет ни связи, ни электричества. Даже с помощью местных миссионеров на это ушли месяцы. Мы не были уверены, что индейцы знают о нас, но в нескольких деревнях нас ждал ужин.

Индейцы говорят на местном языке, могут и на английском. Удивительно, что их английский более правильный, чем в Джорджтауне. Живут в глинобитных хижинах, крытых пальмовыми листьями. За благами цивилизации ездят в Бразилию, а не в столицу. Всего-то надо пройти несколько часов до реки, переправиться, дойти до бразильской деревни, а там можно и на автобусе. В Гайане в этих местах нет дорог и транспорта.

Универсальная единица индейского времени — три часа. «Сколько идти до соседней деревни?»— спросишь ты. «Долго, три часа», — говорят они. «А оттуда до следующей?» — «Оттуда недолго. Три часа».

Индейцы очень дружелюбны, а живут бедно. Едят то, что вырастили: платаны, юкку, здесь ее называют касава, рис, а по праздникам курицу. В деревнях чисто, особенно по сравнению с Джорджтауном.

Добываемые золото, лес, бокситы, алюминий, никель перевозят на грузовиках. Вглубь страны уходят грунтовки, разбитые настолько, что люди неделями ждут погоды или прихода грейдера, чтобы проехать. Но и тогда требуется джип, лебедка и конвой в несколько машин. Магистраль, связывающую юг с севером, зовут тропой. О том, как добывается в Гайане золото, читайте в материале «Моей Планеты».

Изредка в стране бывают какие-то мероприятия. Например, фестиваль музыки в Летеме, городе на границе с Бразилией. Чтобы туда добраться по местным дорогам, надо любить музыку больше жизни.

Здесь нет высоких домов. Даже в столице высота здания — два-три этажа. Электричество часто отключают, и у всех, кто может себе позволить, есть генератор. И даже с ним траты на электричество доходят до $400 в месяц. По этой причине мы используем кондиционер только в невыносимую жару.

Основная характеристика гайанцев — некомпетентность. Необходимо контролировать любое действие, от замены шланга до забивания гвоздя, иначе все выльется в очередную катастрофу. Чтобы найти что-то, от продуктов питания до мастера, нужно спросить у местных. Вывесок нет. Нужен врач? Обзваниваем знакомых, чтобы узнать, есть ли вообще такой специалист в городе.

Основное население страны делится на индийцев и черных. Остальные — индейцы из резерваций, метисы, мулаты и немного европейцев. Когда индейцы отказались работать на завоевателей, колонизаторам пришлось завозить африканцев. После отмены рабства в XIX веке те тоже отказались работать. Тогда британцы наняли индийцев и португальцев.

Черное население сконцентрировано в городах. Индийцы более трудолюбивы, они живут в основном в деревнях, занимаются сельским хозяйством вдоль атлантического побережья и рек.

В Гайане самая жесткая расовая дискриминация, которую я когда-либо видела. Общность «Мы — гайанцы» отсутствует. Индийцы и черные конкурируют между собой за все, включая политику. Нынешняя верхушка — черные. Оппозиция — индийцы. Когда придет к власти индиец, черные станут оппозицией. В случае криминала индийцы говорят: это черные виноваты. И наоборот.

А вот религии уживаются мирно. Здесь много церквей, одна-две на квартал. Воскресенье — святой день для всех. Большой праздник, будь то христианский, мусульманский или индуистский, празднуют все вместе.

Раньше гайанцев отправляли на учебу в СССР. Преподаватели университетов, врачи часто знают русский язык.

Наши друзья — это узкая прослойка образованных людей. Местечко настолько маленькое, что на мероприятиях и редких концертах меняется только место, а люди — одни те же.

На работу берут только своих, и уровень коррупции очень высок. Как бы ты ни хотел что-то изменить в этой системе, споткнешься о недовольство друзей и разлад в семьях. Так что любые изменения душатся на корню.

Все друг друга знают, а потому интимные проблемы становятся достоянием общественности. На всю Гайану один-два психолога, но и к ним не идут, боясь огласки. Что в результате?

В Гайане рекордное количество суицидов. При отсутствии досуга молодежь злоупотребляет наркотиками и алкоголем. Недавно 24-летний брат моей домработницы покончил с собой без видимых причин. И у всех знакомых есть такая история.

В семье любого социального уровня мужчина доминирует и подавляет. В семьях очень много бытового и сексуального насилия над женщинами и детьми.

До сих пор практикуется физическое наказание в школах. За шум и беспорядок в классе дети получают удары линейкой по ладоням. К счастью, наша дочь ходит в хорошую частную школу для иностранцев.

Местные уверены, что любой иностранец им должен. Они подходят и просят о деньгах или услуге. А если даешь, это воспринимается так, как будто ты выполняешь свою обязанность. Могут возмутиться: а что так мало? И в других странах просят денег на улице, но не так агрессивно, как здесь. Я первое время даже боялась ходить по городу.

С голландских времени Джорджтаун иссечен каналами. Столица находится ниже уровня моря и огорожена стеной, защищающей от приливов. Реки, в том числе Ориноко, несут грязь в прибрежные воды. Пляжей здесь нет. От затопления город спасают шлюзы, но бывают моменты, когда их забывают вовремя открыть.

В городе постоянно ощущаешь себя мишенью грабителей. Есть зоны, помеченные красным цветом, куда иностранцам опасно заезжать даже на машине. Грабят не только на открытых улицах. В нашем благополучном, огороженном колючей проволокой районе у женщин отбирают сумки.

На ночь к нам приходит охранник. Мы наняли его после того, как однажды воры украли все ценное с первого этажа, пока мы спали на втором. Коллеге мужа повезло меньше. Вооруженные грабители ворвались в его дом и угрожали расправой маленькому ребенку. К счастью, кто-то успел вызвать полицию.

Говорят, что за пределами страны живет больше гайанцев, чем внутри. Все, кто может зацепиться где-то в Англии или Америке, уезжают. Вырастив детей, старики приезжают на родину доживать. Несмотря на долгую жизнь за границей, они знают свою страну и могут многое рассказать.

Почему я не бегу отсюда? Только из-за контракта мужа.

Другие истории этого цикла можно прочитать ниже. Мы уже узнали, как живется русскоговорящим в Финляндии, Мексике, Ирландии, ОАЭ, Таиланде, Киргизии, ЮАР, Китае, Колумбии, Канаде, Перу, Марокко, Конго, Пакистане, Гане, Сенегале, Австралии, Грузии, Новой Зеландии, Иране, Вьетнаме, Чили, Панаме, на Бали и Мальте, в Нидерландах, Ливане, Индии, Норвегии, Бразилии, Франции, Уругвае, Болгарии, Бельгии и Аргентине.

Комментарии
jan kro
27 мая, в 16:51

какое прелестное местечко :) настоящая пиратская республика :) англоязычное Гаити...любопытно, за сколько денег по контракту мужа - не сбегает семья эта.

Ренат Гареев
28 мая, в 08:47

Никогда не пойму.... такой дурдом.
Насколько надо любить деньги, что бы рисковать своей жизнью, жизнью дочери.... Воистину, человек сам строитель своей судьбы....

Татьяна Коломиец
1 июня, в 16:43

Не приходит  на  ум предыдущим  комментаторам, что  можно  любить не только  деньги, но и жизнь  где бы  то  ни  было  саму по  себе? Сидите  себе  в "комфортных" условиях и  понятия  не  имеете, как  прекрасна и  разнообразна  земля, как  интересны другие  люди. Россиянам  о риске криминала вообще  говорить  смешно.

Оставить комментарий
Необходимо авторизоваться
Загрузка...