Анна Граве
2 сентября 2013
2830

По ту сторону запретов

Джиу Пак родилась в Северной Корее, в 9 лет сбежала с матерью в Китай, потом перебралась в Южную Корею. Теперь она учится в Нью-Йорке. В Северной Корее у Джиу остались отец и младшая сестра, которых она не видела больше 10 лет и с которыми мечтает когда-нибудь встретиться вновь. Джиу Пак сравнивает жизнь в Нью-Йорке и у себя на родине.

— Это может прозвучать странно, но модные цветовые палитры Нью-Йорка и Северной Кореи очень похожи. Большинство северокорейцев исторически носили черную или темно-синюю одежду независимо от социального статуса и пола. Впрочем, причина не в том, что яркие цвета им не по душе — их просто запрещали носить. Регулируя стиль одежды своих граждан, государству проще контролировать их мысли и поведение. Но ситуация стала меняться в конце 1990-х — люди начали носить разноцветную одежду. И хотя мы продолжали голодать, в какой-то момент пришло осознание, что можно жить, не спрашивая разрешения правительства по каждому поводу и минуя систему распределения. Мы начали нарушать запреты. Если вы окажетесь в Северной Корее сегодня, то увидите, что жители носят одежду всех оттенков.

— Лично у меня красная куртка появилась в 1998 году — мне было 9 лет. Эта вещь мне жутко нравилась, потому что в моем гардеробе впервые нашлось что-то не синее и не черное. Казалось, что куртка мне потрясающе шла. Она была тонкая, рассчитанная на весну, но я не вылезала из нее и зимой, пока в декабре не уехала из Северной Кореи. Я пыталась забрать куртку с собой в Китай, но мама заставила меня оставить ее младшей сестре. Мне хочется думать, что сестра была по-настоящему рада ее носить.

В какой-то момент пришло осознание, что можно жить, не спрашивая разрешения правительства по каждому поводу и минуя систему распределения. Мы начали нарушать запреты

— В отличие от Нью-Йорка, в Северной Корее нет знаменитых брендов, но есть так называемые тренды. Модники стараются выделяться из толпы своей одеждой несмотря на то, что правительство пытается контролировать внешний вид людей. В Северной Корее на моду очень влияет Китай, потому что более 95% иностранной одежды привозят именно из этой страны. Но прежде чем выставить эту одежду на продажу, торговцам приходится идти на хитрости. Во-первых, они должны срезать все лейблы, во-вторых — избавиться от любых латинских букв на одежде, ведь они символизируют врага — Америку, а северокорейцам не позволено носить на себе вражеские знаки. Кроме того, запрещено носить джинсы, потому что это узнаваемый элемент американской культуры. Но в последнее время этот запрет все чаще нарушают.

— Еще одна любопытная деталь нью-йоркской моды — солнцезащитные очки, которые носят, даже когда на улице облачно. Северокорейцы носят солнцезащитные очки редко — например, на пляжах летом. Но один человек в Северной Корее был буквально помешан на солнцезащитных очках, которые стали элементом его имиджа. Думаю, вы догадались, о ком идет речь: это Ким Чен Ир. Он практически не снимал темные очки. Не могу понять, почему они ему так нравились. Помню, что очки носили и многие офицеры министерства общественной безопасности. Хотя эти люди не сделали мне ничего дурного, они меня всегда пугали. Для жителей Северной Кореи солнцезащитные очки олицетворяют политическую власть.

— Я люблю кино. Романтические комедии мне нравятся больше, чем боевики или триллеры. Не понимаю, почему американские режиссеры обожают представлять себе какие-то жуткие катастрофы. Пока я жила в Южной Корее, без похода в кино не проходило и недели. Кроме того, поскольку во многих кинотеатрах были скидки на утренние и ночные сеансы, я могла покупать билеты по невысокой цене. В Нью-Йорке билеты в кино стоят вдвое дороже.

— Нью-йоркские кинотеатры сильно отличаются от сеульских, поэтому у меня много ярких впечатлений от посещения кино в США. В Сеуле каждый желающий приобрести билет встает в цифровую очередь, получает номер и ждет, пока его номер высветится красным на табло. Можно не волноваться, что кто-то в очереди займет твое место. В Нью-Йорке дела обстоят иначе: каждый раз, когда я иду в AMC Theater на Таймс-сквер, к кассам стоит несколько длинных очередей, поэтому приходится выбирать самую короткую, чтобы побыстрее купить билет. Самое печальное — простоять полчаса, а потом услышать от кассира, что все билеты проданы. Еще одно отличие — в Нью-Йорке билеты без мест. Однажды во время зимних каникул мы с друзьями пошли на «Отверженных». Сотрудники кинотеатра сказали, что нам нужно подняться на третий этаж. Просмотрев 50 минут рекламы, мы поняли, что пришли не в тот зал. Мы тут же вскочили и побежали в нужное место, но, ко всеобщему разочарованию, обнаружили, что наш фильм идет уже полчаса. Но что было хуже всего — не оказалось ни одного свободного места, поэтому нам пришлось усесться на холодный и грязный пол.

— В Северной Корее кинотеатр есть на каждой фабрике и ферме. Конечно, все кинотеатры государственные. В моем городе я была в трех, и мы ни разу не платили за просмотр, да и билетов я не припомню. В отличие от Нью-Йорка или Сеула в моем родном городе редко показывали новые фильмы. Весь год шли только три-четыре картины, но мой папа часто ходил смотреть их по несколько раз.

— Как и в Нью-Йорке, чтобы попасть в кинотеатр, приходилось отстоять огромную очередь, проникнуть внутрь было большой удачей — при огромном количестве желающих число мест ограниченно. Еще одно сходство — отсутствие номеров мест. Сесть на кресло можно было, только придя заранее, в противном случае приходилось устраиваться в проходе. Картинку проецировали на плотную белую ткань, в которой обычно было много маленьких отверстий, поэтому части изображений периодически пропадали. Это нас совершенно не беспокоило, но всеобщее возмущение вызывало отключение электричества. Обычно его давали снова в течение 20 минут. Не представляю, откуда поступала электроэнергия в кинотеатры, когда весь город погружался в темноту.

До 1994 года большинство северокорейцев ездило только к родственникам. А потом начался Великий голод, и люди стали перемещаться из города в город в поисках еды

— Мой любимый северокорейский фильм — «Нация и судьба: Йон Ча Хон» о бывшем южнокорейском президенте Чен Хи Паке и его любовнице и сподвижнице Йон Ча Хон. Думаю, целью этого кино было показать жестокость и коррумпированность режима Чен Хи Пака, но я помню этот фильм благодаря актрисе Ми Лан Хо. Она была невероятно красивой и совсем не походила на типичную уроженку Северной Кореи: у нее были большие выразительные карие глаза и высокий рост. Ми Лан Хо когда-то была самой популярной актрисой в Северной Корее. Когда она умерла от рака груди, моя мать жутко расстроилась. Еще в этом фильме Ми Лан Хо появлялась в таких модных блузках и юбках, каких я никогда не видела в обычной жизни. А ее актерская игра была столь великолепна, что мой отец плакал каждый раз, когда смотрел этот фильм.

— Одна из вещей, которая вызывает у меня наибольшее удивление в Нью-Йорке, — здесь все едят на ходу. Такое невозможно в Северной Корее, потому что на улицах множество голодных людей, которые в любой момент готовы выхватить еду у вас прямо из-под носа. В Северной Корее нет уличных торговцев фастфудом и киосков — обычно за едой мы ходили на чанмадан (северокорейский черный рынок). Помню, купив там что-то съедобное, я всегда оглядывалась по сторонам, опасаясь попрошаек. Как только еда оказывалась у меня в руках, я крепко ее сжимала и очень быстро с ней расправлялась. Таким образом у меня выработалась привычка — я ем намного быстрее, чем все, кого я знаю.

— Некоторые думают, что в Северной Корее очень мало блюд, но это не так. На рынках продают ванзапаб (шарики из обжаренного риса), дубупаб (рис в панировке из тофу), рисовый пирог, гукпаб (суп с вареным рисом) и множество других вещей. Большая часть блюд готовится из риса. Во-первых, это связано с тем, что в Северной Корее мало других зерновых культур. Во-вторых, для северокорейцев рис имеет особое значение — это не только еда, но еще и символ богатства и успеха.

— Жители Северной Кореи и Нью-Йорка путешествуют по-разному. Во-первых, в отличие от ньюйоркцев, северокорейцам нельзя перемещаться из города в город без разрешения властей. Даже если человеку необходимо посетить родственников. Мама рассказывала, что, когда ей было 19 лет, она ездила в гости к тете, которая жила за 250 км. Поскольку это было ее первое путешествие, она ждала его с нетерпением. Так вот, проездные документы она получила только через три дня. Приехав к тете, мама тут же отправилась отмечаться в местное отделение по безопасности.

— Различается и сама концепция путешествия. Для жителей Нью-Йорка это приятное времяпрепровождение, отдых от работы или учебы. Зимой люди едут кататься в горы. Летом отправляются на пляжи купаться и загорать. До 1994 года большинство северокорейцев ездило только к родственникам или на торжества по случаю национальных праздников. А потом начался Великий голод, и люди стали перемещаться из города в город в поисках еды. В последние 20 лет основная цель поездок — товарообмен. Помню, как моя мама возила в другие города белые абрикосы, которыми славится Хверён, — они размером с персик и очень сладкие. Мама покупала на черном рынке по дешевке огромный мешок белых абрикосов и отправлялась в путь. Иногда она отсутствовала неделю или две и возвращалась с небольшим мешочком сушеной рыбы, которую она покупала на вырученные от продажи фруктов деньги. Поскольку наш город далеко от моря, сушеная рыба там пользуется большим спросом.

Источник nknews.org

Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Оставить комментарий
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.
В эфире
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
09:20
Человек мира. Корейский дневник
10:20
Наука сна. Как спать лучше. Постановка проблемы
11:20
Удивительные путешествия с Яном Райтом. Испания
09:15
Звериный репортёр
09:45
Животные-родители. В одиночку
10:40
Заботливые мамы. Новорожденные
Путешествия обнаруживают не столько любопытство наше по отношению к тому, что мы собираемся смотреть, сколько усталость от того, что покидаемАльфонс Карр