Юлия Скопич
30 октября 2019
48975
7

Правила жизни сталкера

«Моя Планета» узнала, чего опасаются сталкеры, и почему они избегают встреч с другими людьми в Зоне. Юрий Томашевский — о радиации, диких животных и том, как увлечение Чернобылем изменило его жизнь.
Правила жизни
Юрий Томашевский,
художник по свету и помощник оператора,
29 лет, Москва
«Остерегаться стоит не полицейских или охраны, а других людей. Здесь встречаются браконьеры, мародеры и беглые заключенные»

Зона — это не только Припять. Для свободного доступа закрыта территория в радиусе 30 км от взорвавшегося реактора. Она охватывает три страны: Украину, Беларусь, Россию. Мне интересна первая. Я жил на Украине десять лет и, когда в первом классе услышал про заброшенный город, подумал: «Как было бы здорово там полазить!» И забыл. А в 2007 году увлекся играми S.T.A.L.K.E.R. и через некоторое время понял, что хочу побывать в Зоне. Российская часть не привлекает, потому что там мало заброшенных сел, следовательно, и смотреть толком не на что. На территории белорусской Зоны был два раза. Она тоже скудна на объекты, и наказание раньше отпугивало: первичным нарушителям грозил штраф, повторным — уголовное дело. В этом году Полесский радиационно-экологический заповедник открыли для организованных экскурсий.

Первая вылазка оказалась не очень удачной. В 2010 году запланировал идти один, но, к счастью, ко мне присоединился товарищ. «К счастью» потому, что идти в одиночку, да еще в первый раз было безрассудно. Впрочем, вдвоем мы тоже неважно подготовились. Отправились в Зону без оборудования, практически ничего не зная об объектах и подстерегающих опасностях. Прошли 15 км и повернули обратно, даже не добравшись до Припяти. У нас кончилась вода, а стояло лето. Мы хотели есть, пугала неизвестность, вероятность быть пойманными, а однажды ночью привел в ужас волчий вой. Из-за него мы до 6 утра просидели у костра, не решаясь лечь спать. После всех этих перипетий, натерпевшись страха, пообещали друг другу никогда больше сюда не возвращаться, заниматься музыкой, творчеством, чем угодно, главное — не Зоной. Но уже через 15 минут после того, как выбрались за периметр, я понял, что хочу обратно. А через год вернулся... Всего я посещал Зону 16 раз и на этой цифре останавливаться не собираюсь. Кстати, Игорь тоже стал сталкером.

© Юрий Томашевский

Ходить с экскурсией это все равно что пить безалкогольное пиво. Вроде выпил, а удовольствия не получил. Официальные туристы крайне ограничены в передвижении, им показывают отдельные места, запрещая заходить в полуразрушенные здания, подниматься на крыши, спускаться в некоторые подвалы, а именно там обычно находится все самое интересное. Чтобы получить настоящее впечатление, в Зоне нужно пробыть неделю.

Маршрут продумываем заранее, иначе до пункта назначения можно не дойти: где-то заболочены дороги, где-то поросль, через которую не пробраться. Лайфхаки узнаем друг от друга. Хотя пару раз все равно чуть не заблудились.

Что берем с собой? Из оборудования — дозиметры, сигнал охотника, ракетницу, перцовку, шокер, ножи, палки. Обязательно туристическое снаряжение, так как часто приходится ночевать в дороге и порой под открытым небом. Из медикаментов — зеленку, пластырь, кое-какие таблетки. Немного воды и не скоропортящиеся продукты: тушенку, крупы, макароны, орехи, шоколад, сухари, сухое мясо, то есть то, что может храниться без холодильника.

У сталкеров есть два неписаных правила. Первое: по прибытии поздороваться с Зоной. Второе: с уважением относиться к ее объектам. Вандалы недостойны называться сталкерами.

Повышенная радиация — это не то, чего стоит бояться. Подвергнуться ей могут и официальные туристы. Мы с ребятами выбираем места, по которым можно более-менее безопасно ходить. Помогают дозиметры. То есть в самое зараженное мы, конечно, не лезем — примерно знаем, где оно находится. Например, в Рыжий лес, Чернобыльский «Факел», районы портовых и портальных кранов, место захоронения отходов «Песчаное плато» действительно лучше не соваться. Уровень радиации там зашкаливает! Но мне все же приходилось проходить через эти места, чтобы попасть в другие объекты. Если находиться там недолго, ничего страшного не произойдет. Более того, некоторые мои знакомые сталкеры периодически проходят плановые обследования, и врачи подтверждают, что со здоровьем у них все в порядке. Да и я не жалуюсь! (О том, как подавляет негативное действие излучения организм зверей и птиц, рассказали ученые.)

Страхи другие. Зимой это холод, летом — сложности с водой, насекомые, пыль. Кто-то стирает ноги так, что не может идти, кто-то боится быть пойманным. Во время вылазок приходится сталкиваться с разными трудностями.

Я дважды посещал Зону без спутников и могу подтвердить, что от одиночества можно сойти с ума. Страшно не только от того, что не с кем поговорить, — атмосфера вокруг жуткая. В один из этих походов я сильно повредил ногу. Мне повезло, я смог вернуться. Но случись что серьезнее... Когда ты один, рассчитывать можно только на себя, и от этого поход становится намного опаснее. Я хочу повторить одиночную вылазку, но сейчас сделать это становится сложнее: я считаюсь сталкером со стажем, и ко мне постоянно присоединяются другие желающие посетить Зону. Чаще всего мы проводим там дней семь-десять, еще три-четыре дня занимает дорога.

Однажды мы с ребятами несколько дней не могли найти воду, так как все источники пересохли, а запаса, взятого с собой, хватает на четверть пути, не более. В остальное время мы пьем из старых оросительных каналов, где вода чаще всего цвета чая. Недавно начали брать с собой фильтры или таблетки для обеззараживания, но понимаем, что они не являются панацеей от всех бед. Риск есть всегда.

Другой раз боялись спуститься с крыши, так как под нами выла стая волков. В одну из вылазок едва не отдали концы, услышав хрюканье и визги кабана с детенышами. Они были буквально в двух шагах от нас! Мы обошли их, стараясь не наделать шума, и продолжили путь.

Был случай, когда на подходе к Припяти услышали какой-то шум и подумали, что охранники жарят шашлыки. Но по мере продвижения стало ясно: звук раздается не со стороны КПП, а со стороны леса, где и лежал наш маршрут. Это визжала свинья, и звук был такой, будто кто-то пережевывал тушу. Страшно.

Часто видим лошадейВ основном они ходят по полям и деревням и фыркают на нас, а вожаки выходят на дорогу и стучат копытом. Приятного мало, когда позади такой бойкой лошадки проносятся остальные соплеменники. Правда, они на нас не нападали, но никогда не знаешь, что произойдет в следующий раз.

© Tijuana2014 / Shuttersctock.com

Мутантов здесь нет, но животные дикие и их очень много. Конечно, встреч с ними стараемся избегать, так как оружия у нас нет и единственное, чем мы можем напугать зверей, — это свет и шум. От этого ощущаешь себя особенно беззащитным.

Остерегаться стоит не полицейских или охраны, а других людей. Здесь охотятся браконьеры, встречаются мародеры, охотники за металлом, беглые заключенные, и многие из них вооружены. Как-то раз мы слышали нелегальных резчиков по металлу, но обошли их стороной. Думаю, они вряд ли обрадовались бы свидетелям и кто знает, как закончилась бы наша встреча... А вот самосёлы относятся к нам настороженно, но в основном дружелюбно. Правда, видим мы их редко, так как наши маршруты проходят по нежилым деревням. К тому же бабушек и дедушек, которые после эвакуации вернулись в свои дома, становится все меньше. Возраст берет свое...

В одну из вылазок я увидел на чердаке человеческую руку и так испугался, что даже спрятался. А потом присмотрелся и понял, что это протез. Уже потом мы с ребятами заметили и другие — все они принадлежали какой-то девочке. Разумеется, в заброшенных домах часто лежат вещи, принадлежавшие бывшим хозяевам. Как-то раз обнаружили тарелки с маркировкой ЧАЭС — редкая вещь! В Припяти находили пули и пулевые отверстия в домах. Слышал, что здания там расстреливали военные в учебных целях. В погребах частенько попадались законсервированные продукты, а на заводе «Юпитер» я впервые увидел виниловые пластинки. А в дороге встретить полуразорванного лося или останки других животных — обычное явление. От этого порой становится жутко.

Тем не менее в Зоне я ощущаю себя как дома. Иногда мне кажется, что это место нужно мне, а я — ему. Как ни странно это звучит, оно как бы делает что-то через меня. Обычно сталкеры посмотрят, пофотографируют и возвращаются обратно. А мне хочется придумать что-то особенное. Например, в 2016-м мы зажгли вывеску «Энергетик» на крыше Дома культуры в Припяти, а в прошлом мае включили вывеску гостиницы «Полесье». Около года снимаем фильм по книге «Дезертир». Задумка такова: главный герой попадает в некие истории, которые в конечном счете приводят его в Зону, и вскоре он понимает, что уже не может без нее жить. В фильме я выступаю и режиссером, и оператором, и костюмером, и координатором, то есть участвую везде по чуть-чуть. Мы отсняли уже 60% и в следующем году планируем выпустить кино на большой экран.

© Юрий Томашевский

Был момент, когда я боролся с собой, пытаясь все бросить и забыть. Выкинул практически все вещи, которые напоминали о Зоне, отдал другу пятьдесят книг S.T.A.L.K.E.R., о чем сейчас очень жалею. Хорошо еще оставил себе 15 томов. Родные и друзья считали, что мне надо найти обычное увлечение. Я честно пытался. Но через четыре месяца понял, что не могу. Теперь свожу к минимуму контакты с теми, кто не готов принять то, что я бываю в Зоне. Руководство телеканала, где я работаю, меня поддерживает, иногда даже помогает с оборудованием, локациями для фильма. Супруга относится к увлечению равнодушно: со мной не ходит, но и не осуждает.

Слышал много негативных отзывов об американском сериале «Чернобыль» этого года выпуска, но мне он понравился. Создатели очень точно передали ряд исторических моментов. Я интересуюсь тем, что было до взрыва на Чернобыльской АЭС и что стало после. Поэтому могу кое о чем судить. Понравилась идея российского сериала «Чернобыль: Зона отчуждения». Чтобы растянуть удовольствие, смотрел не больше одной серии в неделю. В этом году вышла заключительная часть, ее сняли полнометражной версией. Пока нахожусь в предвкушении просмотра. А вот на американский фильм «Запретная зона» пожалел, что пошел. Там даже Припять не похожа на Припять. Ноль сюжета, атмосферы и смысла.

Зона сама выбирает, кого пропускать, а кого нет. Если человек ей не нравится, все складывается так, что он не пройдет маршрут. Например, меня Зона не пропустила дважды. Именно столько раз я попадался охране. Первый раз даже не дошел до пункта назначения: меня поймали, выписали штраф и выдворили из страны. Второй раз попался в августе этого года, но уже под конец пути. Оказалось, иностранцам штраф больше не выписывают, но мне, как и другим ребятам, дали пять дней на то, чтобы покинуть Украину. А в паспорта поставили штампы, что время пребывания в стране было сокращено. Очень надеюсь, что это не помешает пересечь границу в следующий раз.

Для меня Зона — источник вдохновения. Мне нравится приводить туда людей и видеть, как они меняются, показывают свое настоящее лицо. Это место влияет на характер. После трудностей, с которыми там сталкиваешься, справляться с обычными бытовыми невзгодами становится в разы легче. Меня Зона сделала более решительным, ее атмосфера угнетенности меня, наоборот, будто подпитывает. Быть сталкером — значит уметь приходить через Зону к единству с собой. Думаю, я этому научился.

Посещение мест, связанных с какими-либо массовыми трагедиями, сейчас обозначают термином «темный туризм». Чернобыль — одно из них. Фотограф Амбруаз Тезенас побывал в других подобных местах и сделал необычный фотопроект. Посмотрите также, как изменились окрестности Фукусимы несколько лет спустя после землетрясения.

 

Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Оставить комментарий
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.
В эфире
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
15:55
Мечтатели. Алтай. Земной Марс
16:45
Мечтатели. Байконур. Портал в космос
17:35
Мечтатели. Вьетнам. Райские берега
15:20
В дикой природе. Индия. Раджан. Во главе семейства
16:15
Звериный репортёр
16:45
Звериный репортёр
Только о двух вещах мы будем жалеть на смертном одре — что мало любили и мало путешествовалиМарк Твен