Михаил Пустовой
30 января 2020
11321
6

Правила жизни терских карел

«Моя Планета» совершила путешествие в прошлое самой большой деревни карел на Кольском полуострове.

Больше века назад на малозаселенных берегах Терского берега выросла карельская деревня с мелодичным названием Колвица. Мигранты из Северной Карелии в поисках новых земель и промыслов рискнули забраться в мир таежных лесов, ледяных озер, мерзлых скал и скупого лета. В итоге колвицкие карелы прожили в изоляции от мира 70 лет. 

Долгая дорога в Арктику 

Область расселения карел не ограничивалась Карелией. Веками энергичный и трудолюбивый лесной народ проникал все дальше на Север, оттесняя саамов. Карельские морские пираты, состоя на службе у новгородцев, грабили в Средние века побережье Норвегии, вселяя ужас в рыбаков и лопарей. И именно карелы основали первые колонии на юге Кольского полуострова. Впрочем, из-за давления православной церкви им не суждено было процветать. Новая волна поселенцев закрепилась в Арктике только в конце XIX века. Так появилось село Колвица, которое превратилась в самую зажиточную деревню на Терском берегу.

Рыба, соль и церковные правила

Колвицкая губа была известна как промысловое место, где добывали рыбу, а в XVI–XVII веках — дефицитную соль. На солеварение наложил свою руку Кандалакшский (Соловецкий) монастырь, который прибрал к рукам огромные пространства Терского берега. Впрочем, производство обанкротилось, но пустующие территории занимать все равно было нельзя. Так что колония карелов появилась вопреки царскому правительству — чиновники в Кандалакше еще долго запрещали поселенцам пользоваться землями и рыбными тонями, числящимися за церковью. 

Карелы-купцы 

Тем не менее поселенцы обзавелись хозяйством и скотом: коровами, овцами, лошадьми и оленями. Лугов не хватало, но они косили сено на болотах. Более мягкий, чем на Мурмане, климат дал шанс выращивать картошку. Кормил и лес, где водились медведи, олени, лоси и множество птиц. Росомах карелы били ради шкур. Реки Колвица и Умба кишели семгой, нерпой и кумжой, а Колвиц-озеро и Канозеро — гольцом и сигами.

Колвица жила на самообеспечении. Обувь и одежду карелы еще долго делали себе из оленьих шкур. Но муку и соль приходилось покупать у приходящих по морю архангельских спекулянтов. Но затем в Колвице появилось и свое купечество, да и сами колонисты стали плавать в Архангельск, чтобы выменивать семгу на товары. Так, одна карельская женщина отправилась в город, чтобы привезти себе на утлой лодке… кровать. 

В 1916 году здесь жили 215 человек. Правда, школу там так и не открыли. По воспоминаниям исследователя Рудольфа Якобсона, «дома новые, все горожены заборами; везде чистота и порядок; население трезвое, трудолюбивое». 

Ловцы жемчуга

Колвицкие карелы, как настоящие северяне, брались за любое дело, чтобы обеспечить достаток своим семьям. Так, они добывали жемчуг в реках Умба и Муна. На лов шли в начале июня, дожидаясь спада уровня воды. Жемчуг на Терском берегу не был в изобилии, а качество его — посредственное. Однако определенный доход промысловики с него имели, выручая за лето по 200–500 руб. в ценах на 1910 год. В то же время оленья туша стоила 6–8 руб., пуд (16 кг) семги — 4 руб. 30 коп., куль ржаной муки — 11 руб., фунт (0,45 кг) пшена — 6 руб., фунт гороха — 6 руб., фунт норвежского сахара — 12 руб., почти столько же стоил и фунт керосина — 11 руб. (данные из работы «Статистическое исследование Мурмана. Том 2». С. 11–12). 

Русский скупщик в Кандалакше приобретал добычу по низким расценкам. Как отмечает документалист Владимир Визе, «несмотря на выгоду этого промысла, коренные жители страны — лопари — совершенно не занимаются им, а русские только в весьма редких случаях». 

Оленеводы

Мало кто помнит, но в российской Лапландии оленеводами были не только коми-ижемцы и саамы, но и карелы. В Колвице поселенцы держали сотни оленей, порой до 600 голов, — без этих рогатых животных было трудно передвигаться по снегу. «Зимой олени возили груз, а летом они паслись. Все же зимой возили. И сено с болот. Лошадь не пройдет по снегу» (слова колвицкой жительницы Алевтины Горской). Карелы ездили на своенравных оленях ловить рыбу, а в советские годы — сочетаться браком в загс Кандалакши и за почтой. Пришло в упадок оленеводство к началу 1950-х годов. Кстати, на мясо олени шли только в годы становления Колвицы и во время войн. 

Красные

Хаотичная Гражданская война в Кольском уезде не отличалась размахом, но по Колвице она прокатилась лихо. Карелы, как и множество старожилов Лапландии, не поддержали белых: церковное бремя стояло у северян поперек горла. 

Впрочем, высадившиеся войска Антанты и красные ладили друг с другом аж до лета 1918 года. По мере эскалации войны белые и иноземцы угоняли в армию мужчин, создавали концлагеря, сжигали деревни и устраивали расстрелы. 

Колвицкие партизанили вместе с русскими. Им помогали финские добровольцы. Отряд базировался в устье реки Лувеньга. Морозную зиму 1920 года колвицкие семьи пережили в таежных избах, а потом белые ушли.

Русские

В 1920-е годы Колвица оказалась в автономной Карелии, как и — парадоксальным образом — преимущественно русская Кандалакша. Потом границы перекроили. Однако колхоз в Колвице носил финское название «Пунайнен Похъела» («Красный Север»). Старофинский язык, на котором говорили в селе, преподавали в школе. «Колвица — карельская деревня; и если кто-то называл ее жителей поморами, обязательно был поправлен: "Мы не поморы, мы карелы". Это сейчас в Колвице не услышишь карельскую речь. Раньше, идя по улице, обязательно слышал от каждого встречного: "Терви — здравствуйте!"», — вспоминала старожилка Валентина Ишутина.  

Культурной автономии положило конец рождение в 1938 году Мурманской области. Развернулась русификация. Когда Сталин в 1940 году захватил часть Финляндии, населенной карелами, то в село пришли репрессии и запрет на использование родного языка. По Заполярью (и Колвице) прокатилась этническая чистка, ее жертвы — 7000 карел, финнов и норвежцев. Даже погибших во Второй мировой войне карел из села записали в «Книгу памяти» как русских. Но в быту финский язык доминировал до 1960-х годов. 

Конец деревни

Несмотря на близость порта Кандалакши, через которую проходила и железная дорога, Колвица семь десятилетий была изолирована от Большой земли. Самый простой путь в село лежал по воде. Когда Белое море замерзало, то грузы и пассажиры отправлялись в Колвицу на санях — по льдам. Маршрут был опасен, и не раз сани проваливались под лед, унося в пучину людей. После войны проложили летний лесовозный тракт из Кандалакши — «Тещин язык», непроходимый для легковых машин. Автомобильную дорогу от города в Колвицу принялись делать в 1960-е годы. «Трудно давался каждый метр. Трактористам приходилось снимать с машин кабины, чтобы они не мешали водителю, иначе можно было перевернуться», — вспоминал Петр Пюнненен. Дорога и стала предвестником конца для карельской деревни. 

Порт Кандалакши в советские годы разросся до крупного города — в него стекались охотники за «северным» рублем. Соседство не прошло бесследно для Колвицы. Когда открылась дорога, то в село хлынул поток «туристов». Горожане быстро разорили таежные избушки колвитчан: приходили, ночевали и уходили, оставляя после себя погром, или сжигали дом. «У нас же было так, что никогда не закрывали двери, а сейчас — нет. Двери перестали открытыми оставлять, когда дорогу сделали. Потом стали уже и дачи грабить» (из воспоминаний Галины Беляй). 

Затем в селе появились дачи, а деревенская молодежь в поисках работы потянулась в Кандалакшу. И поселенцы превратились в меньшинство. 

«Лебедь-камень»

В 1960-е с Колвицей покончили не только как с карельской деревней, но и как с селом. Закрылись магазин, школа, клуб и медицинский пункт, созданная с трудом электростанция. По директиве от чиновников зарезали последних оленей. Как и сотни других деревень, Колвицу объявили неперспективной. Старожилы были вынуждены перебраться в Кандалакшу, чтобы жить одновременно и в городе, и в деревне — уже как на даче. После перестройки карел обязали выкупать свою землю. В наши дни в Колвицу едут туристы: там построили арт-объекты и прогулочную тропу, а художник Валентин Мыздриков создал «Лебедь-камень». В 2014-м деревня отметила 120-летие. Правда, от духа карельского поселения остались одни предания, которые успели записать краеведы для изданной крошечным тиражом книги «Путешествие в Колвицу». Но говорят, что колвицкие старики еще помнят свой язык и легко находят общие темы с финскими путешественниками. 

По материалам книги Г. Александрова, Л. Александровой и А. Горяшко «Путешествие в Колвицу»

Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Оставить комментарий
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.
В эфире
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
21:00
Семь миров, одна планета. Австралия
21:55
Рысь. Тайны дикой кошки. Спасение больших кошек
22:55
Рысь. Тайны дикой кошки. Рыси на воле
21:00
В дикой природе. Индия. Рана: королева джунглей
21:50
Звериный репортёр
22:20
Звериный репортёр
Туристы не знают, где они уже побывали, а путешественники не знают где они еще побываютПол Теру