Моя Планета
28 июня 2015
8392

Приключения канадца в России. Часть седьмая

Гвейну Гамильтону 35 лет, по профессии он — преподаватель английского языка. В Монреале у него маленькая школа, где он учит английскому выходцев из бывшего СССР. Гвейн стал учителем, чтобы осуществить мечту — съездить в Россию. Эта его мечта исполнилась — он жил в Москве целых шесть лет: с 2001 по 2007 год. Теперь он мечтает вернуться в Россию снова.

Свои впечатления о России Гвейн описал в книге «Моя жизнь с русскими. Или Свой среди чужих», фрагменты которой мы публикуем на «Моей Планете». Шестую часть читайте здесь.

Добрый доктор Корней

И как только я приготовился быть утомленным современным миром и его очередями, встретился человек просто замечательный. И говорил он по-русски. Причем бегло и интересно. Стоял за мной в очереди в супермаркете и разговаривал с моим Ваней.

— Приветик, — говорит, — Ванюша. Как делишки?

И Ваня, похоже, с ним тоже знаком уже.

— Приветик, — отвечает, — дядя Джамбо.

Поворачиваюсь и вижу высокого, благородного на вид негра средних лет. Оказывается, познакомились они, когда жена моя с Ваней здесь покупала продукты в прошлый раз. Но мужчину звали не Джамбо, а Корней.

Решили мы обменяться номерами, как-нибудь чайку попить.

Пришли они в гости по-русски, не с пустыми руками: принесли тортик из шоколада и подарок для Вани — «Айболита».

— Откуда, — удивился я, — с Айболитом знакомы?

— Чаи гоняли, — сказал Корней.

Родился он и вырос в Нигерии, но поехал на Украину медицину учить. Кажется, в Харьков. Встретил жену. Влюбился и научился по-русски говорить. Читал книги.

— Никто в Союзе, — говорит, — не захочет стать здоровым

у врача Набояне. И я люблю всех, хочу всех сделать здоровыми.

Не хочу отталкивать от себя. Не любят Набояне, не буду Набояне.

Буду Корнеем

— Сначала детские штуки читал, — говорит, — потому что дети говорят очень просто, без офигительных оборотов, которые любят люди, которые уже выросли. Но и стал любить эти детские штуки. Классные. Особенно «Айболита». Ты, — говорит, возложа большую руку на мое плечо и тряся меня, — мой сердечный друг, может, не можешь понять, потому что не лечишь других. А для человека, который хочет быть врачом и который тоже из Африки, Айболит — очень важная штука. И в то же время такие вещи пишет про Африку ужасные. Это плохо. Почему так пишет плохие штуки о нас? Был ли в Африке мистер Чуковский? Впрочем, знаешь, у нас пишут о России: не ходите дети, в Россию гулять. В России медведи, в России милиционеры, в России злые бабы-яги. Хи-Хи. Ужасно. Не удивительно, что русские считают нас темными. Но и правду пишет все-таки — совсем не нужно, чтобы ваши дети ходили в Африку. Я ужасаюсь, думая о том, что бы случилось, если бы ваши дети ходили в Африку гулять. Не надо. Ни за что. Но вообще офигительно. Айболит для меня — противоречивая, но вдохновительная штука. Такой добрый.

В общем, поменял имя. Был Набояне и стал Корнеем.

Про Корейцев

— Никто в Союзе, — говорит, —  не захочет стать здоровым у врача Набояне. И я люблю всех, хочу всех сделать здоровыми. Не хочу отталкивать от себя. Не любят Набояне, не буду Набояне. Буду Корнеем.

Он закончил учебу, но даже с новым именем его не приняли на работу.

— Не хочу, — сказал Корней, — говорить худое ни об ком. Все люди добрые. Бывает, ранят друг друга, как разбойники, но это случайно, они ошибаются.

Короче, поехал в Москву и был жестоко избит на зеленой ветке, которая и славится у темнокожего населения Москвы тем, что очень опасная. Лежал очень долго с разбитыми костями и решил не переставать любить Россию издалека, из Канады.

Мы с ним на смеси английско-русского говорили, но он с сыном Всеволодом говорит только по-русски. Хочет, чтобы сынок знал этот язык и чтобы читал про доброго доктора Айболита. И замечательно говорит, очень интересно. Прямо немножко завидно, как сильно говорит, не стесняясь. И Всеволод, учась у папы, тоже говорит замечательно. И когда Ваня с ним играет, тоже заимствует интересные речевые обороты. Идем по улице потом, и Ваня показывает пальцем на разные вещи. Проезжает машина скорой помощи — «вспомогательная машина», потому что помогает. Доходим до фонаря — «осветительная штука». Магазин уже не «магазин», а «здание для покупки штук».

Здорово. Мне очень нравится. Смотрю на Корнея и в чем-то, лингвистически говоря, вижу себя. А что делать? Пожимаю плечами. Посмотрим. Может, Ваня все-таки будет говорить по-русски нормально, несмотря на меня и мое дурное речевое влияние?

Пошли к Корнею на чай, подарили Маршака. Они еще не читали, а Ване очень нравится. Я думаю, им тоже понравится.

Там немножко по-русски говорили, почитали вслух. По дороге домой я решил, наконец: с Ваней буду теперь только по-английски. Ну посмотрим.

Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Оставить комментарий
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.
В эфире
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
19:00
Чудеса жизни. Размер имеет значение
20:00
По секрету всему свету. Владивосток
20:25
По секрету всему свету. Приморский край
18:30
Звериный репортёр
19:00
Зверята и их друзья. Ещё больше зимних зверят
19:55
Зверята и их друзья. Ещё больше весенних зверят
Дороги — самый сильный наркотик, какой только есть на земле, а каждая из них ведёт к десятку других.Стивен Кинг