Так кто открыл Северный полюс? Кук vs Пири
Каждый школьник знает, что первооткрывателем Северного полюса является выдающийся путешественник Роберт Пири. Однако кроме официальной версии есть серьезные доводы в пользу первенства Фредерика Альберта Кука. Решающую роль в определении первооткрывателя в свое время сыграла пресса. Пири стал контр-адмиралом и добился мирового признания. Кук… Ну, обо всем по порядку.
21 апреля 1908 года. Кук на полюсе
![](/upload/images/xl/0a/20/0a200d6c61e4df8dc23eff32e448b06dedff5f86.jpg)
1 сентября 1909 года. Нью-Йорк. Редакция газеты «Нью-Йорк Геральд». Редактор Гордон Беннетт получает телеграмму, которая стала настоящей «бомбой»: «21 апреля 1908 года достиг Северного полюса… Текст 2000 слов оставлен у датского консула. Стоимость $3000. Если согласны — обращайтесь. Кук».
Лаконично и по существу. Интерес общества к исследованию окружающего мира в ту пору был гораздо выше теперешнего. Беннетт уже представил, как экстренный выпуск «Геральда» сметается с прилавков.
8 сентября 1909 года. Там же. Редакция газеты «Нью-Йорк Таймс». Не менее любопытная телеграмма: «Вбил звезды и полосы в Северный полюс. Ошибки быть не может. Не принимайте версию Кука всерьез. Сопровождавшие его эскимосы говорили, что он не ушел далеко на север от материка. Их соплеменники подтверждают это. Пири».
Получается, что Кук опередил Пири на год (21 апреля 1908 года против 6 апреля 1909 года). А сообщения пришли примерно в одно время потому, что Фредерик застрял на зимовке вдали от цивилизации.
Назревало крупнейшее разбирательство. Газетчики потирали руки.
Предыстория
![](/upload/images/xl/a0/70/a070fdf536fa0f5e64e6ff1fb73fecc1adc2faae.jpg)
Оба исследователя Арктики познакомились в 1891 году. Роберт Пири, который уже пять лет занимался изучением Арктики, объявил поиск доктора для участия в экспедиции. В то время Кук прозябал в медицинском кабинете в Бруклине. Увидев объявление, он собрал вещи и явился в назначенное место.
Северо-Гренландская экспедиция 1891–1892 годов стала тяжелым испытанием для команды Пири. В самом начале пути Роберт ломает ногу. Такая травма в Гренландии может означать инвалидность на всю жизнь и конец карьеры полярника. Корабельный доктор Фредерик Кук смог оказать помощь и позволил капитану довести экспедицию до завершения. Позже Пири говорил, что «многим обязан его [Кука] профессиональному искусству, терпеливости и хладнокровию... Он был всегда полезным и неутомимым работником».
Но после завершения того путешествия доктор категорически отказался иметь какие-либо дела с Пири. Причина крылась в нетерпимости Пири к чужим успехам. Последний начал исследовать Арктику в 1886 году. Еще в юности он записал в дневнике, что «хотел бы снискать имя, которое открыло бы мне доступ в круг избранных, где я ощущал бы себя наравне с каждым». Стремление стать великим — вот что было главным двигателем для него.
Кук же во время экспедиции собрал большой объем данных о культуре эскимосов и стал выступать с лекциями. Пири запретил ему это делать, сославшись на подписанные перед отплытием бумаги, в которых всем членам команды запрещалось публиковать материалы по результатам экспедиции на протяжении года. Так Пири гарантировал себе первенство. Кук не мог стерпеть ограничений и отказался от участия в походе на следующий год.
Кук на юге
Кук понимал, что Пири сделал Арктику своей территорией. Если на Южном полюсе работали Амундсен, Свердруп, Скотт и прочие полярники, то на севере исследованиями занимался только один Пири. Мало кто из путешественников пытался направить свою деятельность туда — все знали агрессивный настрой американца. Так, в 1888 году молодой Фритьоф Нансен пересек Гренландию, чем осуществил план Пири, изложенный за два года до этого. Роберт с отчаянием заявил, что «это исполнение задуманного мною предприятия нанесло серьезный удар мне». А ведь от Гренландии до полюса еще было далеко.
Однажды при температуре воздуха –100 °F и легком, но резком ветре, словно вгоняющем морозные иглы в нашу плоть до самых костей, мы тщетно бродили по вздымающимся, увенчанным льдами склонам в надежде обнаружить хоть какие-нибудь признаки жизни… (Ф. Кук, «Мое обретение полюса», 1911 год)
И вот в 1897 году Кук также отправился на юг вместе с бельгийской экспедицией, где познакомился с Амундсеном. Вдвоем они спасли застрявший во льдах корабль и помогли выжить команде в условиях незапланированной зимовки, охотясь на тюленей и пингвинов. Кук так составил рацион команды, что никто не страдал от цинги, которая обычно косила полярников десятками каждый год. По окончании пути Кук был награжден высшей наградой Бельгии — орденом Леопольда.
![](/upload/images/xl/66/aa/66aafc303b9846c890a9c946d17e9c8f56992acc.jpg)
Потом Кук участвовал в походах и организовывал их вдоль Гренландии, исследовал Аляску. В 1906 году он первым взобрался на вершину Мак-Кинли — высшую точку Американского континента. И в 1907 году его, признанного полярника, нанимает миллиардер Джон Брэдли, который захотел поохотиться в Гренландии. Кук помог ему с организацией, но взамен попросил профинансировать экспедицию на Северный полюс.
Кук начинает и выигрывает?
![](/upload/images/xl/0a/7c/0a7c3becd49245e0867450d2dc30972a25069e1d.jpg)
Почему он пошел на это, зная, что Пири ему этого не простит? Видится, что причиной стал исследовательский азарт: оказавшись в Гренландии, он просто не мог не попробовать сделать самостоятельный бросок на «макушку Земли». Успешно проведя арктическое сафари, Кук отправляет на Большую землю телеграмму: «Я избрал новый маршрут к полюсу и остаюсь, чтобы воспользоваться им… Мистер Брэдли расскажет остальное. Всем приветы. Кук».
Уже здесь он подчеркивает, что не берет за основу маршрут Пири, пытаясь так уйти от гнева соперника. Но Пири узнает о планах бывшего доктора и так реагирует: «Во избежание всяких недоразумений… я заявляю, что поведение доктора Кука, который старается опередить меня, недостойно честного человека».
Кук стартовал к полюсу 18 марта 1908 года. Он, две упряжки по 13 собак, два эскимоса и минимум продуктов.
В ту ночь мы все изрядно устали, но тем не менее были довольны своими успехами. Мы почти достигли 89-й параллели, и я записал в своем дневнике: «Дайте мне еще три дня такой погоды!» Температура в начале перехода была –40 °С. В ту ночь я свел всех слабых собак в одну упряжку и по мере необходимости стал забивать их и скармливать мясо остальным…(Р. Пири, «Северный полюс», 1910 год)
Впереди исследователя ждали гигантские ледяные торосы, стальными великанами встающие на пути. Поля таких остроконечных выступов могли тянуться на сотни метров и более. Периодически образующиеся трещины не раз заставляли вскакивать среди ночи и наспех собирать лагерь, буквально выхватывая вещи из образовавшейся полыньи. Неожиданно возникающие пространства открытой воды вынуждали делать утомительные крюки в объезд. И все это при температурах ниже –20 °С, леденящих ветрах, на пределе сил.
Чтобы облегчить дорогу, Кук тщательно следил за питанием, в основу его положив пеммикан — специальный мясной порошок, которым питаются эскимосы. Легкая, быстрая команда должна была одержать победу за счет скорости. Хоть это и стремительно разрушало организм.
Кук вел постоянные географические наблюдения, для чего вез с собой различные приборы и инструменты. Многие его наблюдения о наличии ледяных островов, структуре снежного покрова в околополюсном пространстве, направлении дрейфа льда и расположении открытых участков воды оказались подтверждены только в 50-е годы ХХ века, когда Арктику стали активно изучать советские специалисты. Описанное в дневниках исследователя было просто неизвестно в его дни.
И вот 21 апреля Кук пишет: «Ничего примечательного; полюса как такового нет; море с неизведанными глубинами; лед более активен; свежие трещины, разводья… Переполнен радостью, не нахожу слов для выражения своего удовлетворения. Как мы устали и измотаны. Нам нужен отдых».
Если Кук постоянно проводил наблюдения и измерения в пути, то Пири работал совсем иначе. Его экспедиции всегда отличались минимальной научной ценностью. Каждый маршрут — как забег к конечной цели, без таких глупостей, как изучение местных народов, направления течений и замеров температур. На последнюю экспедицию в 1909 году он вышел с 23 санями и несколькими десятками людей. Вспомогательные партии пробивали путь среди торосов, чтобы ему было проще проходить дальше. Сани Пири всегда шли по проторенной дороге, за исключением последних 200 км пути, которые он прошел один, в компании с двумя эскимосами. У каждого участника экспедиции американца была определенная задача: кто-то рубит торосы, а кто-то ступает на полюс.
Северный полюс имеет важную особенность: его можно определить только с помощью астрономических наблюдений и расчета координат местности. Это не горный пик, взобравшись на который исследователь однозначно знает: я на вершине. И это не Южный полюс, который расположен на материке. Если оставить там лагерь, то он сохранится навсегда. Северный полюс находится в океане, и оставленные здесь флаги и прочие свидетельства через пару месяцев окажутся в сотнях километров благодаря постоянному перемещению льдин под напором морских течений.
Спустя пару дней Кук разворачивается и начинает путь домой.
В расчетах Кук использовал предположения Пири о направлении дрейфа, которые оказались совершенно неправильными. В итоге Кук проходит западнее оставленного на мысе Свартенвог лагеря. Наступление полярной зимы вынуждает путешественника остановиться на зимовку на мысе Спарбо, что на острове Девон.
К Анноатоку (эскимосскому стойбищу на северной оконечности Гренландии, которое Кук избрал своей базой перед походом) измученный путешественник вышел только весной 1909 года. Тут он встретил Гарри Уитни, простого охотника, который сыграл важную роль в споре за полюс.
Кук в зале суда
![](http://www.moya-planeta.ru/upload/images/xl/98/71/98719bbf954fd882223bf1c719fe808c.jpg)
Сохранились свидетельства очевидцев, что Пири по возвращении на корабль после последнего броска на полюс не обмолвился о победе. Он скрылся в каюте и не разговаривал ни с кем до Анноатока. Тут Гарри Уитни сообщает об успехе Кука, после чего Пири заявляет, что достиг полюса.
Но что делать со временем? Ведь, даже если он побывал на полюсе, то сделал это на год позже противника? Выход был только один — сделать Кука обманщиком.
В своей книге Фредерик Кук говорит, что «один из характерных приемов нашей журналистики — это неустанное повторение одних и тех же данных, посредством чего в сознание общественности внедряется как факт нечто надуманное и нереальное».
С таким девизом начал активную работу Пири и созданный им Арктический клуб, в состав которого входили спонсоры Роберта. Первое, что сделал Пири после получения новости, до сих вызывает удивление у географов — он стал допрашивать двух молодых эскимосов, которые были с Куком. Туземцы, измотанные зимовкой и в упор не понимающие, почему «белые люди» так рвутся на полюс, отвечали путанно и безразлично. Единственное, чего им хотелось, — отдохнуть от экспедиции и от странных «белых».
Сразу после допросов Пири сочиняет телеграмму в «Нью-Йорк Таймс».
![](/upload/images/xl/e8/8a/e88a4d6be6575c99c1d6777aeeef43c811b3d6e2.jpg)
Гарри Уитни попросился на борт к Пири, чтобы наконец-то добраться домой после долгой и малорезультативной охоты на севере Гренландии. Встретив соотечественника, который отправляется к берегам Америки, Уитни не мог не стремиться попасть на борт корабля. Но предприимчивый Пири сказал, что на корабле совсем нет места для вещей, которые Уитни имел при себе. Он прекрасно знал, что в руках охотника оказались полевые заметки и инструменты Кука, которые тот не мог взять с собой, когда покидал Анноаток (Кук оказался в поселении не просто истощенный тяжелейшей зимовкой, но и совершенно без средств к существованию. При этом он понимал, что нужно как можно скорее добраться до цивилизации и сообщить о своей победе. Поэтому он оставляет свои инструменты и часть записей охотнику Гарри Уитни, одалживает деньги на пароход до Европы и после четырех дней отдыха уплывает в Копенгаген. Так главные доказательства пребывания Кука на Северном полюсе оказались брошенными во льдах Гренландии.
Кук читал лекции о своем успешном путешествии на полюс в Копенгагене и считал, что спора с Пири не будет. А тот в это время начал массированную атаку по дискредитации соперника. Простые люди, которые были далеки от особенностей Арктики так же, как от познаний в химическом составе колец Сатурна, стали получать дозированные порции информации, которая имела одно общее зерно: Фредерик Кук не был на полюсе, и вообще он обманщик.
Временами наши тела совершенно не выделяли пота и токсина, словно генерируя в мышцах прямо-таки неземную усталость, наполняя и мозг утомлением. Когда мы с усилиями шаг за шагом пробиваемся вперед и пот все же выделяется у нас из пор, он замерзает на складках одежды и тогда разгоряченные части тела покрываются инеем. Такие муки терпели мы ежедневно… (Ф. Кук, «Мое обретение полюса», 1911 год)
Любые факты из биографии Кука позиционировались лживыми. Так, в 1898 году Кук, возвращаясь из Антарктики, получил из рук миссионера Томаса Бриджесса составленный им словарь племени острова Огненная Земля. Он опубликовал словарь, но в редакции ошибочно указали его имя на обложке. И несмотря на то, что на титульном листе указывалось, что словарь составлен миссионером и подготовлен к печати Куком, его обвиняют в краже заслуг миссионера.
В 1906 году Кук покорил Мак-Кинли. Теперь этот факт оказывается ложью. Напарник Кука Эду Барилл получает $5000 и с яркими эпитетами рассказывает на заседании комиссии, что Кук даже близко не подходил к горе.
Надо отдать должное — работники Арктического клуба проявили огромные таланты в стремлении сделать Кука аферистом, полностью дискредитировав его в глазах общества. Сам обвиняемый смог противопоставить только попытки апеллировать к суду и президенту, которые просто утонули в бешеном потоке статей и заявлений.
![](/upload/images/xl/29/75/2975676b452128c1381f588acb53abf4d438aac1.jpg)
В 1910 году в журнале «Хэмптонс» вышло официальное заявление Фредерика Кука: «У меня нет абсолютной уверенности, что я дошел до полюса. Это заявление может показаться поразительным, но я готов удивить мир, если тем самым смогу отстоять свое честное имя… Я признаю, что подвиг Пири, которому он посвятил всю свою жизнь, заслуживает признания. Я никогда не ставил под сомнение заявление Пири об открытии им Северного полюса, не сомневаюсь в этом и сейчас». Только спустя пару лет корректор журнала сообщила, что материал сделали после настоятельной просьбы заместителя редактора. Причем работники были уверены, что Кук сам сделал это заявление. В действительности это была выборочная компиляция из отдельных фраз Кука, которые несли совершенно иную информацию в оригинале.
В динамике событий утонули все похвальные письма и официальные заявления именитых полярников, таких как Свердруп, Миккельсон, Грили, Амундсен. Они все как один поздравляли Кука и стремились отстоять его имя. Но что стоят слова выдающихся исследователей, если им противостоит такой колосс, как СМИ?
![](/upload/images/xl/5b/38/5b382d268183dd7477257b18b06c1b8c41fe1c6f.jpg)
На одном из заседаний специальной комиссии, занимавшейся решением спора, возбужденный Пири откровенно заявил: «Я положил всю жизнь, чтобы совершить то, что казалось мне стоящим, ибо задача была ясной и многообещающей… И когда, наконец, я добился цели, какой-то поганый трусливый самозванец все испакостил и испортил…»
Итог: нижняя палата Конгресса США в 1911 году приняла резолюцию, согласно которой Роберт Пири официально признается первооткрывателем Северного полюса и ему присваивается звание контр-адмирала с наивысшей пенсией. Вопрос был решен голосованием: четыре человека за и три человека против…
После принятия Конгрессом решения о первенстве Пири жизнь Кука рухнула. Он из ведущего полярника мира превратился в афериста. Он больше не участвовал в экспедициях, окончательно разочаровавшись в географии, и это стало большой потерей для науки.
В 1965 году портрет Фредерика Альберта Кука вновь повесили в Клубе исследователей.
Но первооткрывателем Северного полюса считается Роберт Пири. Впрочем, доктор Фредерик А. Кук оставил потомкам самое важное наследие, которые скрывается в его высказывании: «Истинное удовлетворение дает не само достижение цели, а преодоление препятствий на пути к ней».