Большое африканское путешествие или тур по 7 африканским странам.

 

          Африка манила, звала, соблазняла и снилась. Африка настоящая, чёрная, экзотическая, для многих неизведанная: со своими странными птицами, необычными для нас животными, звуками, запахами, пейзажами и едой. Надо признаться, что подавляющее число путешественников из России нечасто пересекают линию экватора. Вот и я, вроде всю жизнь провёл в поездках, а за линию экватора перелетел всего пятый раз. Изначально хотел холодные​ зимние слякотные недели Рязани променять на белоснежные пляжи Занзибара. Но поскольку ехал один, то знакомая хозяйка одного из турагентств совершенно справедливо заметила, что больше недели даже на самом лучшем пляже и в хорошем отеле не выдержать, станет скучно. И ведь она была права. Особенно не задумываясь и без сожаления, решил сдать свой авиабилет, а точней поменять и сотворить новый, более насыщенный маршрут. Три-четыре дня интенсивных поисков в интернете и переговоров с туроператорами быстро дали свой результат. Маршрут интриговал и выглядел потрясающе: ЮАР — Ботсвана — Намибия — Зимбабве — Замбия — Малави — Танзания. Из семи стран в четырёх никогда не был. Прилёт в Йоханнесбург, а затем в составе группы на специально оборудованном автобусе для африканских сафари и просторов этих стран.

Честно сказать, выехать хотел еще в конце ноября, но все места в группе уже были заняты, и каким-то чудом удалось взять одно на начало декабря. Я был доволен, уже прошло 17 лет​ с того момента, как я сюда приезжал. Многое позабылось, но что-то врезалось в память навсегда — пингвины на пляже в Кейптауне, красные песчаные дюны высотой по 200-300 метров и лежбища тюленей в пустыне Намиб, вкусный крокодилий хвост в Зимбабве, а про величественный водопад Виктория и говорить не приходится! А лучше сказочного отеля Палас в Сан-Сити я в Африке ничего не встречал.

Одним словом, начал быстро собираться и первый свой документ для путешествия я оформил в инфекционной клинике №1 г. Москвы. Там мне сделали прививку от жёлтой лихорадки на 10 лет и выдали соответствующее международное свидетельство о вакцинации. Оплатить же тур и страховку так же просто, как и выпить кофе в кафе.

Перелёт занимает прилично времени. Ведь из России нет прямых рейсов в ЮАР. Так что сначала 3 часа до Стамбула, а потом ещё 10 до Йоханнесбурга. К счастью, все вовремя и без задержек. Пересадка в бывшем Константинополе была не очень утомительной.

Магазины интересные,​ народ пёстрый, кафешек и ресторанчиков полно. Как же всё быстро меняется в мире — ещё недавно было немыслимо найти в магазине пуховик за 2000 евро, а рюкзак за 500, мужская же рубашка за 1000 евро у меня уже вызывала не шок, а скорей ехидную улыбку. Кроссовки и шлёпанцы по 500 евро покупательского ажиотажа не вызывали, хотя турки и пытались пассажиров своего самого большого аэропорта обуть по полной. Поскольку сам Стамбул географически расположен на пересечении многих мировых маршрутов, то и народ здесь всех цветов и оттенков. Кто-то в шубе, а кто-то в шортах, одни женщины укутаны во всё черное с ног до головы, другие с декольте и обтягивающими коротенькими платьями. Последних было немного и, откровенно говоря, у многих они вызывали нездоровый интерес, а может и здоровый, тут уж каждый сам за себя решит. Обратил внимание, что Стамбул связан с более чем 10 различными городами РФ прямыми рейсами.

Первый и последний мой отель в ЮАР назывался Belvedere Estate с тремя звёздочками, в Европе бы запросто прокатил за четыре. Каждый номер представлял собой весьма просторный домик со всеми удобствами. Бассейн на территории и огромные птицы с длинными клювами — из семейства ибисов. Зелёные лужайки, тропические цветы и небольшие фонтанчики. Отличное место, чтобы отдохнуть после перелёта, а на следующий день всей группой отправиться в путь.

Итак, вперёд к новым впечатлениям и приключениям. Прилетел в полдень. Яркое летнее солнце без единого облачка, около +30ºС. Лето. Но к вечеру затянуло облаками, и гроза разразилась по полной. В течение часа гром и молнии грохотали и сверкали на небе. Дождь не как из ведра, а как из корыта сплошной стеной лил.

Признаюсь, немного волновался, что английский почти не знаю, а страны эти все практически англоязычные, да и группа тоже. Вдобавок и один ехал, не хотелось себя чувствовать каким-то одиноким изгоем на фоне остальных пар, групп и семей.

Волновался зря. Из восемнадцати человек, как я говорил выше, пар вообще не было. Было​ две большие белые семьи с детьми с зимбабвийскими и южно-африканскими корнями, которые в настоящий момент проживали в Австралии. Они и составляли костяк группы. Потом была группа из четырёх двадцатилетних студенток из Сиднея, а затем одинокие туристы вроде меня. Англичанин, швейцарец, итальянец и голландка. Всем меньше 25 лет. Из последних четырех все говорили по-испански, кроме, конечно, англичанина. Англоязычные вообще языков никаких не знали. Таким образом у нас образовалась испаноязычная группа — швейцарец, голландка, итальянец и я. Объективности ради надо отметить, что швейцарец и голландка говорили не только по-испански, но и по-английски. Но это нам не мешало по вечерам часто собираться вчетвером и обсуждать всё подряд.

Одним словом, недостатка общения не было. Да и люди попались все доброжелательные, позитивные и весёлые.

Как и упоминалось ранее, машина-автобус была приспособлена для длительных переездов группы туристов. Она как шкафчик с множеством выдвижных ящичков. В одних лежали палатки, в других матрасы, в третьих утварь для приготовления еды и посуда, в следующих — столы, стулья и т.д.

С первого дня с непривычки пришлось нелегко. Подъем каждый день в четыре или пять часов утра. Палатки все рассчитаны на двух человек. Немногим, в том числе и мне, повезло — я спал один. Но собирать палатку вечером и разбирать ее утром приходилось тоже одному. Но мы часто помогали друг другу. Первый раз нам показали, как это делается, потом всегда сам. Посуду за собой собирать и мыть тоже приходится самому, впрочем, как расставлять или собирать стулья.

Несколько слов о сопровождающих. Их было трое. Первый — чёрный крепкий зимбабвиец 45 лет, отец 4 сыновей — старший группы, все документы у него. Он же водитель. Я его про себя сразу назвал шеф — строгий и ответственный. Хотя все мои шутки встречал на "ура" и ржал от души. Второй сопровождающий по имени Няш — тоже негр и тоже зимбабвиец, только маленький, щупленький и молодой. В июле собирается жениться на австралийке, с которой познакомился в одном из путешествий. В его обязанности входило приготовление пищи и закупка продуктов, повар, одним словом. И последний, третий сопровождающий был молодой немец. Он был на подхвате у негров и помогал им во всем, как и нам.

Собрались мы все в Йоханнесбурге в ЮАР 7 декабря, а 8-го утром после инструктажа и ценных советов, а также оплаты дополнительных экскурсий (345$) выехали в Ботсвану для совершения сафари в парке Тули Блок. Границу между ЮАР и Ботсваной пересекли без проблем. С этого момента мы начали пересекать границы как деревни в одной области. То одна, то другая. Паспорт быстро стал заполняться штампиками, печатями и вклеенными визами. Прохождение пограничного паспортного контроля обычно занимало от получаса до часа. Всегда приходилось выходить из машины и гуськом через специально оборудованный домик к людям в форме. Формальностей минимум. На некоторых границах даже заполнять бланков никаких не надо было. Машину нашу не осматривали ни разу.

350 км мы проехали в первый день и остановились по существу сразу после пересечения границы с Ботсваной. Свой лагерь мы разбивали в специально оборудованных кемпингах. Там всегда была обустроена территория для палаток, для приготовления еды, душ, туалеты и электричество, которое сразу же подводили к машине, чтобы, кому надо, могли подсоединить свои зарядные устройства. А это нужно было практически всем без исключения.

Первый парк, невдалеке от границы, на нас не произвел особенного впечатления, хотя нескольких зебр и жирафов мы все же увидели. Наш лагерь расположился фактически на самой границе, она проходила по реке, что была от нас в ста метрах. Вышел на берег реки с обезьянами и крокодилами (редкими,​ нельзя сказать, что прям они кишели), стоишь на одном берегу: здесь Ботсвана, на другом ЮАР — никаких заборов и колючей проволоки. Русло было не очень многоводным, сезон дождей ещё не начался.

Река называлась — Лимпопо. Да-да, именно так. Название, которое нам всем знакомо с детства. А пустыня Калахари была совсем близко. Главный ветеринар Африки — Айболит был где-то рядом.

9 декабря рано утром, подъём около четырёх, всегда затемно, мы отправляемся в Маун — своеобразные "ворота" в дельту реки Окавáнго. Окава́нго (на территории Анголы Куба́нго)​ — река в юго-западной Африке. Четвёртая по длине речная система в Южной Африке. Течёт на юго-восток. Протяжённость​ — 1600​ км. Берёт своё начало в Анголе. Южнее по ней проходит часть границы между Анголой и Намибией, после чего река течёт по территории Ботсваны.

Ещё до Ботсваны урез реки снижается на 4 метра из-за порогов, известных под названием Водопады Попа. Окаванго не впадает ни в море, ни в озеро!!! Вместо этого она, петляя по многочисленным лабиринтам каналов, теряет 95​ % влаги при испарении и исчезает в болотах на северо-западе пустыни Калахари. Это место обычно называют дельтой Окаванго (болота Окаванго), являющейся одной из самых больших речных дельт в мире, площадью 15 000 км².

Дороги Ботсваны мне запомнились несметным количеством ослов. Много ослов, везде и всюду. Сколько коров — не меньше и ослов. Такое количество ишаков я не видел ни в одной стране мира. Причина такого обилия осталась для меня загадкой. Учитывая тот факт, что повозок с ослами и наездников на них я не видел.

Далее у нас был, пожалуй, самый длительный переезд порядка 700 км. Все немного подустали. Но новые пейзажи, впечатления и радость общения покрывали издержки дороги. Установка палатки на вторую ночёвку уже не вызывала ни у кого паники, а в качестве маленького бонуса у нас появился на территории кемпинга небольшой бассейн. Кемпинги нам попадались разные — где-то наша группа была единственной, а где-то нет. С другими почти не общались, ведь ложились в девять-десять вечера и вставали затемно. Вторая ночь преподнесла небольшой неприятный сюрприз — ночью разразился ливень, а итальянец забыл прикрыть свою палатку сверху. Спать остаток ночи в мокрой палатке было невозможно. В итоге он попросился ко мне, как в сказке про трёх поросят. Конечно же, я его пустил, тем более что уже между нами стали складываться дружеские отношения помимо лингвистического родства. Благословенны были те, кто взял фонарик, который надевается на голову как у шахтёров. Большинство пользовались смартфонами вместо фонариков, что очень выручало в тёмное время суток. А в палатках мы и были в основном, когда день уже закончился или ещё не начался.

10 и 11 декабря мы провели в дельте Окаванго. Этот кемпинг нам очень понравился, хотя здесь и не было бассейна, зато здесь были собранные палатки, которые не надо было собирать и разбирать целые две ночи. И еще настоящая роскошь — здесь мы не бросали матрасы на пол, как всегда, а ложились на брезентовые кровати, которые уже были внутри палаток. Более того, в этом кемпинге Jumbo Junction даже был бар и столы, мы могли есть не с коленок, а на столах, глядя на костёр в центре, вокруг которого и стояли под навесом столы.

В дневное время суток мы постоянно совершали какие-то экскурсии. То пешие, то на лодке, то на машине, во время которых профессиональные гиды нам рассказывали о местном живом мире от​ насекомых и орлов-рыболовов, до большой пятёрки (слон, носорог, буйвол, леопард и лев), бегемот, зебра и жираф сюда почему-то не попали, как и крокодилы, которые достигают весьма внушительных размеров.

В один из двух вечеров, когда одни уже пошли спать, а другие сидели в баре, прибежали две перепуганные австралийки. Девчонки обнаружили двух змей рядом со своей​ палаткой, и такое соседство их совсем не радовало. Все, кто был в баре, человек 6-8, пошли их выручать. Змеи оказались небольшими, сантиметров по 30-40, и не кусались. Зато могли плюнуть ядом в глаз, после чего пострадавший на время терял зрение. Длинной палкой змей отбросили подальше от палаток в заросли. Очередной день закончился, и я пошёл укладываться к себе спать. Спали мы все в спальных мешках, которые привезли с собой в качестве спального белья. Здесь пригодился мой мешок, который я купил более десяти лет назад, да так им ни разу и не воспользовался. Погода стояла тёплая — на рассвете около +24ºС, а днем +30ºС и выше. В итоге я свой мешок использовал больше в качестве простыни. Устроившись поуютней, хотел было заснуть; здесь громкое скрежетание о брезент палатки, причем скрежет доносился изнутри, меня не на шутку это встревожило. Ночью спать с даже самым маленьким животным в одной палатке явно не хотелось. С каким-нибудь грызуном или летучей мышью сантиметров под 20, которых было полно под крышей бара. Здесь надо отметить, что все окошки и вход в палатки мы всегда наглухо закрывали молнией, чтобы ни одна тварь не залезла или не влетела. Мы это делали всегда и сразу, после того как воспользовались входом. Но звук из-под кровати не переставал, кто-то скрёбся так, что скрежет шёл по всему брезенту. Нащупываю свой мобильный и включаю свет — долго искать не пришлось. К моему радостному облегчению оказался просто огромный чёрный жук, которых здесь обитает более 4000 видов. Именно такого днём накануне​ на очередной прогулке местный гид, ловко порывшись в слоновом навозе, достал из кучи голой рукой без всякой перчатки, чтобы нам показать. Причем не одного, а нескольких, в том числе и жука-носорога.

12 декабря мы отправились из дельты Окаванго на один день в Намибию. Если взглянуть на карту Намибии, то на северо-востоке страны легко увидеть своеобразный выступ территории, как носик у чайника. На карте он кажется небольшим, на самом же деле этот регион Намибии Каприви распростёрся в длину на 500 км. и в ширину около 100 км. Так вот, покидая дельту Окаванго, нам нужно было прежде чем сесть на машину, проплыть на моторной лодке около часа. Такая прогулка не утомительна — наблюдать за птицами, редкими крокодилами, плюхающимися с берега в воду или оскаливающимися в твою сторону, когда мы проплывали мимо. Особенный восторг всегда вызывали бегемоты, которые обычно держатся семьями и часто с маленькими детёнышами. И вот, когда мы уже на всех парах, разделившись на две группы для двух лодок, летели, любуясь дикой природой, на нашей лодке произошёл совсем неприятный инцидент. На полной скорости, мчась по воде, по одному из широких протоков реки, прям перед носом у нас вынырнул из воды огромный бегемот. Итальянец и я как раз на этот раз почему-то сели впереди. Лодка со всей дури врезалась в бегемота. Она резко накренилась от удара вправо, благо она была немаленькая, метров 6-7, металлическая и весьма широкая, так что нам удалось избежать опрокидывания. Бегемота, получившего бортом в челюсть, было жалко, надеюсь, что он скоро оправился.

В кемпинге в Намибии в Rainbow River Lodge впервые появился Wi-Fi за 4$ в сутки. Многие не выдержали и вступили в сношения с внешним миром. Мне удалось поговорить с другом по скайпу, он по-хорошему позавидовал моим приключениям.

Положа руку на сердце, скажу — мне и самому начинали нравиться все эти ночные хрюканья бегемотов в реке, ночной неугомонный цокот сверчков и других божьих тварей. Яркое звёздное небо с созвездиями, которых мы не видим в северном полушарии. В группе как-то все уже пообтёрлись.

Вечером в Намибии можно было взять за дополнительную плату в 17$ круиз по реке Окаванго. К моему удивлению на него записались только 4 студентки из Австралии, англичанин, итальянец и я. Здесь я, наконец-то, выучил имена девчонок. Три были лёгкими - Мэди, Стаси и Сузанна. Трудней всего мне далось Рэчел. Тем временем остальные туристы пошли отмокать в бассейн, пить пиво или стираться. Больше в лагере было делать нечего, хотя и находился он на живописном высоком берегу. Незатейливый круиз по реке на барже, рассчитанной на 40 человек, нам доставил истинное удовольствие. Красивый закат, прибрежные деревни, семьи бегемотов то там, то здесь. Один гиппопотам особенно всех позабавил своим испражнением — довольно продолжительным, звучным, с аккомпанементом огромных пузырей и навоза. Капитану каких-то указаний давать не надо было, он сам направлялся туда, где было интересней.

На одном скалистом камне, торчащем из воды, пригрелся крокодил метра в два. Так все устроили фотосессии с рептилией. Переместившись все на нос баржи, стали фотографироваться с земноводным в разных ракурсах. Как только капитан не изворачивался, чтобы нос судна удерживать при течении у этой каменной глыбы. Крокодил не уходил, доставляя всем радость. Кстати, первый напиток на прогулке был бесплатным, если кому-то нужен второй, то можно было заплатить всего пару долларов.

13 декабря мы вернулись из Намибии в Ботсвану на день, чтобы после обеда совершить сафари-круиз по реке Чобе в одноименном парке. Здесь круизная баржа была рассчитана человек на сто,​ к нам добавились ещё несколько групп англоязычных подростков. На каждого приходилось по сиденью, а на втором этаже огромная смотровая площадка. Зверюшки не заставляли себя долго ждать — буйволы, бегемоты, антилопы и слоны. Ну, а берега без крокодилов там просто не бывает. Плавали до самого вечера. Обилие животных уже переставало удивлять.

14 декабря подъезжали к стыку границ четырёх государств — Ботсваны, Намибии, Зимбабве и Замбии. Точка пересечения границ находилась в центре реки Замбези. Большая полноводная река, которая питается сотнями притоков рек поменьше. Визу можно сделать сразу на границе за 50$, причём сразу на две страны — Зимбабве и Замбию. Так и делаем.

Самый мощный магнит и точка притяжения туристического потока в эти две страны — водопад Виктория. Мощный, бурный, могущественный, величественный и неотразимый. Он относится к Всемирному наследию ЮНЕСКО. Находится на границе двух национальных парков​ — «Гремящий Дым» («Mosi-oa-Tunya») в Замбии и «Водопад Виктория» в Зимбабве. Виктория​ — единственный водопад в мире, одновременно имеющий более 100 метров в высоту и более километра в ширину. После обеда посещаем водопад и наслаждаемся его красотой, потоками, радугами и скалистыми руслами. Со стороны Зимбабве расположен маршрут вдоль берега реки таким образом, чтобы можно было пройти вдоль​ и увидеть в ширину весь водопад. Эта дорожка-маршрут насчитывает 16 точек, площадок для обозрения и фотографирования. Наша группа медленно расползается и разбивается — кто-то спешит вперёд пройти скорей до конца — другие наоборот идут не спеша, расстреливая очереди кадров своих фотоаппаратов и мобильников. Сколько лет прошло, когда я побывал здесь первый раз! И вроде уже всё видел, а этот грохот, брызги, висячая в воздухе влажность и высота падения продолжают гипнотизировать.

Последняя точка, шестнадцатая, завершает кривую осмотра и подбирается к мосту, но не доходя до него. Мост переброшен через ущелье, ниже «Кипящего котла», примерно под углом 45 градусов к водопаду, один из пяти расположенных на реке Замбези. Мост в форме арки имеет длину 250 метров, вершина моста на 125 метров выше нижнего уровня реки.

Мы не переходим границу — остаёмся в Зимбабве. Здесь, на водопаде Виктория, нас ждала большая радость. Не надо было собирать и разбирать палатки, нас поселили в трехзвёздочном отеле Victoria Falls Rainbow на две ночи. Пожалуй, ни одному шикарному отелю пяти звезд Lux я не был так рад в своей жизни, как этой милой трёшечке. В номере есть горячая и холодная вода, над кроватями антимоскитные пологи, полноценные кровати. И заряжалки можно включить прям в номере. Рай на земле. Конечно же, к этому прилагался большой бассейн с баром, ресторан и зеленая территория с красивыми деревьями, манго и цветами. Это были не единственные радости нашего пребывания в гостинице. Постирать и погладить одежду стоило всего 4$ за килограмм. Трудно было не воспользоваться этой возможностью.

Вечером нас ждал прощальный ужин в отеле. На этом этапе почти вся группа заканчивала свое путешествие и возвращалась домой; кроме голландки, швейцарца и меня, нам на этой же машине с другими гидами и группой предстояло ехать дальше. Ужин получился бойкий и весёлый, все шутили и смеялись.

За 30$ шведский стол, а блюдо дня — жаренный на гриле при тебе крокодил. Австралийка Рэчел, имя которой мне так долго не давалось, достала пакет с маленькими коалами и подарила нам всем по одной штучке. Тронуло. Итальянец после второго пива стал подкатывать к Мэди, которой было неудобно перед подружками, и она его стала отшивать, чем больше и настойчивей он пытался, тем жёстче она себя вела. Рядом у бассейна раздалась музыка и бой барабанов в исполнении африканцев в дикарском одеянии. Начались африканские танцы. Беззаботное счастье царило вокруг.

Первую ночь в отеле предстояло провести с англичанином, а вторую уже одному в номере. Молодой подданный королевы Великобритании сразу успел напортачить. Мало того, что после его душа и стирки в ванной получился потоп, так он ещё умудрился при включённом свете в комнате оставить дверь открытой на балкон, чем не преминули воспользоваться сотни насекомых и злобных комаров. Риск малярии был вездесущ, многие в профилактических целях принимали таблетки. Я этого не делал.

15 декабря был свободный день. Думал, высплюсь. Зря так думал. Накануне записался на утреннюю прогулку на слонах. Завтрак был включён в экскурсию, и мы выехали в 06:10. Так что встал в 5, чтобы успеть принять душ.

К слонам ехали недолго, минут 20-30. Кроме меня на экскурсию записалась ещё и семья из Индии!!! Где своих слонов полно. Тем не менее. На каждом слоне сидел погонщик, а сзади ехал один или два пассажира. Впереди шёл сопровождающий с русским карабином. Патроны он зарядил перед самым выходом. Слоны неторопливо шагали вместе с нами по пересеченной местности несколько километров, пересекая балки и небольшие речки. Антилопы импалы обитали в этом районе, как и зебры, везде. Так что с каждым днём они вызывали восторг всё меньше и меньше. Пока наш слон неторопливо преодолевал свой путь, погонщик также неторопливо рассказывал о слонах и их жизни. Что весят они больше машины и поедают больше 250 кг. растительной пищи в сутки. Последнее слон подтверждал, постоянно обрывая своим хоботом и поедая ветки кустарников с листьями. Погонщик называл всех слонов не иначе, как "пожирающими машинами".

В отель я вернулся уже в одиннадцатом часу утра. К своему удивлению обнаружил, что ещё не все наши разлетелись. Своего итальянца я обнаружил в холле в ожидании трансфера. Мы обменялись адресами. На память я ему подарил набор российских монет по 25 рублей (4​ штуки), выпущенные к последним Олимпийским играм в Сочи. Он был искренне рад. Таких монет я взял с собой 10 комплектов и дарил тем, кто мне был симпатичен или швейцарцу, у которого был день рожденья.

День ещё был весь впереди, и провести его целиком у бассейна было бы неразумно. Никакого защитного крема не хватит. Да и в тени было бы скучновато. Решил сходить в Замбию через мост, так сказать за кордон. Солнце было испепеляющее. От отеля до границы было не меньше двух километров. Подойдя к пограничному пункту, у местных торгашей за 1$ купил пол-литра воды и сразу осушил бутылку. Печать в паспорт о пересечении границы можно было не ставить, а взяв у местных пограничников бумажку с печатью, нужно было её вернуть по возвращению в Зимбабве.

Как я и говорил выше, граница шла по мосту. Он был и пешеходный, и автомобильный, и железнодорожный.

Здесь расположились организаторы острых ощущений. Желающие могли за какие-нибудь 100$ пересечь ущелье с берега на берег по металлическому тросу. При мне таких не было. На резиновом тросе (тарзанке) можно было также прыгнуть с моста. Такие были, но очень немного. Оживлённым поток людей через границу тоже назвать было нельзя. Посредине моста был знак о пересечении границы. Тут же подлетел сфотографировать меня между двумя странами совершенно бесплатно на мой фотоаппарат местный абориген, правда, потом стал предлагать купить свои сувениры. Бабуины шныряли всюду по обоим берегам.

Перейдя на тот берег, я не пошёл к пограничному переходу, а зашёл в бар, который расположился прям тут же на обрывистом берегу, чтобы утолить жажду. Можно было присесть так, чтобы перед тобой открывался вид на водопад Виктория и мост между двумя странами. Наверное, ради таких моментов стоит жить. Что-то подобное я испытывал, когда плыл на пароме с Южного на Северный остров в Новой Зеландии.

Рядом сидел белый южноафриканец. Разговорились. Рассказал, что они в составе​ двух семей путешествуют на машинах. Что жизнь​ нелегка, что трудно найти белому в ЮАР сейчас приличную работу. Вскоре они ушли, а я снова через мост из Замбии в Зимбабве под пеклом пошёл к гостинице. Местные торговцы как назойливые мухи предлагали небольшие фигурки из дерева местных животных. Но ещё чаще предлагали купить купюры достоинством в несколько миллионов зимбабвийских долларов в качестве сувениров. Из обращения они уже вышли. В стране царил доллар США, что свидетельствовало о полной несостоятельности государства. И хотя вышедшие из обихода деньги по факту уже ничего не стоили, торговцы предлагали набор из пяти-шести купюр купить за 5-10$ США. В итоге я сторговал пачку в полтора килограмма их долларов за десять баксов..

Сиеста в отеле вышла сладкой, но недолгой. И пока я писал эти строки, которые ты сейчас читаешь, я наивно попутно пытался уничтожить комаров в комнате. Не знаю как, но ночью под полог всё равно некоторые пробирались.

16 декабря. Утро задалось бойким и солнечным. Бабуины просыпаются рано и с первыми лучами солнца уже присутствуют повсюду. Особенно, где есть еда. Самые наглые лезли прямо на столы в ресторане отеля, где ещё не было посетителей. Охранник отеля в саду у бассейна особенно не церемонился с этими шумными и скандальными существами и расстреливал их из рогатки направо и налево.

После завтрака предстояло ознакомиться с новой группой. Из англоязычной она превратилась в немецкоязычную. Правда, ещё добавились эквадорка и колумбийка, которые уже много лет проживали в США, 15 и 7 соответственно. Наверное, провидение не хотело оставлять меня без собеседников.

Столица Замбии — Лусака не произвела впечатления. Несколько высоток, здания поприличней, чем в провинции, люди получше одеты. Но мусор повсюду и, тем не менее, несколько казино. Заехали в супермаркет. Так мы делали всегда в городах. Заправляли машину, повар закупал еду на всю группу, а мы воду, другие напитки и, если кому-либо хотелось, что-то вкусненькое — печенье, конфетки, шоколадки, фрукты.

17 декабря почти весь день провели в пути; были дни, когда мы в день проезжали по 600 км по африканским дорогам. Хорошо, если Евросоюз спонсирует ремонт и восстановление их. Тогда одно удовольствие ехать. Если нет — то тогда нас ждал "африканский массаж" — тряска в дороге по колдобинам и дорогам в стадии упадка. Завтрак, обед и ужин у нас были включены. Завтрак обычно был более чем скромен — хлопья, молоко, джем и хлеб. Никакого масла — маргарин. Иногда фрукты или ореховая паста; яйца время от времени можно было пожарить на сковородке. Фрукты — это только бананы и манго. Манго продавали на дороге вёдрами за копейки — сезон. Обеды были тоже незамысловатые — салат (листовая капуста, помидоры и огурцы), натёртый сыр и порезанная колбаса, хлеб. Всё. Если обед нас заставал в дороге, около 13:00, то грузовик съезжал на обочину, мы быстро доставали столы, стулья, помогали повару нарезать и накрыть, потом все убрать и через час или меньше после нас даже воспоминаний тени не оставалось. Но во время обеда нас часто окружали дети из близлежащих селений. Необычные мы были для этих негритят, а они для нас. Часто старшая сестрёнка лет 9 таскала братика или сестру года-двух, привязанного на спине. Для детишек я специально привёз пакет с ручками и игрушками.

Остановки для туалета мы делали по необходимости. На обочину — девочки налево, мальчики направо. По-английски куст — буш. Так процедура и называлась — "буш туалет"

К этому времени я понял, что можно не всегда спать в палатке, а за небольшие деньги 20$ расположиться одному в отдельном домике с душем и кроватью. И никакой возни с палаткой — дотащить её, установить, ни свет ни заря разобрать и уложить в машину. Часто это на мокрой траве и с грязью. Плюс не все ночи были тихие — иногда с ливнем и порывистым ветром, когда кажется, что кто-то так и стучится к тебе снаружи. Впрочем, ночей тихих не бывало в принципе. Бесчисленные насекомые жужжат, стрекочут, посвистывают, гудят, шуршат и производят ещё целую гамму звуков, невозможных для подражания и описания. Но человек привыкает ко всему. Так что спалось хорошо. Главное побольше нанести защиты от комаров во избежание малярии. В палатке это было сделать легче — все​ герметично закрыто на молнию. А в домике, конечно, роскошно, но ящерицы снуют туда-сюда, на свет может слететься несколько тысяч летающих термитов с четырьмя крыльями, как у стрекозы. Даже скорпиона одного достал из умывальника. Раньше их только по телевизору видел. Аккуратненько его положил в целлофановый прозрачный пакет и пугал всех девчонок.

В день моего рождения нас ждало посещение замечательного парка Южная Луангва. Кемпинг встал прям на берегу одноименной реки. Слоны и жирафы тусовались буквально в ста метрах от нас. А в тёмное время суток нам запрещали спускаться к реке — было жутковато.

Сам заповедник произвёл неизгладимое впечатление. Если раньше мы радовались, завидев 5-6 бегемотов, то при въезде в национальный парк по мосту внизу в реке увидели несколько сот гиппопотамов. Слонов в парке насчитывалось более тысячи. Антилоп никто не считал. Зебры и другие животные попадались очень часто. Кошачьих не видели никаких. Вернулись вечером, и не зря — красавцы леопарды, львы и другие поменьше из семейства кошачьих как раз выходили на охоту. На наших глазах львица задрала антилопу.

19 декабря тоже провели в парке Южная Луангва. Здесь появилась редкая возможность с 12:00 до 14:00 воспользоваться интернетом. Полгруппы замерли у своих гаджетов у роутера возле администрации. Сигнал был очень слабый. Если по Viber и WhatsApp ещё можно было сбросить сообщения, то скайп и электронная почта открывались не у всех. Толком даже новости трудно было почитать. Последний день в Замбии подходил к концу. Впереди нас ждала новая страна — Малави. О ней я знал меньше всего. Ведь у нас нет с ними даже дипломатических отношений.

20 декабря около полудня подъезжаем к границе Замбии и Малави. Если пограничники первой страны неторопливы, то второй просто очень медлительны. В небольшой комнатушке стояло столов шесть, за которыми одни сидели в форме, другие в простых майках. Среди них одна полноватая деваха, которая периодически откидывалась на стуле назад на манер кресла-качалки. После того как все путешественники, у кого не было визы, заполнили небольшие анкетки и вложили их вместе с 75$ в паспорт, документы передавались парню в майке. Он вроде кассира. У него же куча наклеек — это визы. Заполняет квиточек в тетради, с неё же отрывает наклейку-визу, а деваха её аккуратно вклеивает в паспорт. Никто никакие данные в компьютер не вносит и данные не проверяет. Через час вся процедура была закончена, и мы въехали в Малави. Скученные же фуры одна за другой остались стоять дальше на границе. Наверное, это общая картина для всех погранпостов мира, или почти всех — столпотворение фур.

Несколько человек из группы, в том числе и я, настояли, чтобы нам провели небольшую, часа на полтора обзорную экскурсию по столице страны Лилонгве. Как нас и предупреждали, ничего особенного мы не увидели. Перво-наперво нас отвели к мемориальному парку основателя страны, главе государства, который прожил около ста лет и скончался сравнительно недавно. Ха́стингс Каму́зу Ба́нда (март или апрель 1898, Касунгу, Ньясаленд​ — 25 ноября 1997, Йоханнесбург, ЮАР)​ — лидер борьбы за независимость Малави, государственный и партийный деятель, премьер-министр, пожизненный президент с 1963 по 1994 год. Установил однопартийный режим партии «Конгресс Малави», уничтоживший тысячи политических оппонентов.

Более менее обустроенная территория паркового комплекса представляла собой памятник "отцу наций" из бронзы на постаменте, за спиной которого стояла высокая мемориальная башня с табличками, на которые были внесены имена, павших за родину.

На мемориальную башню можно было подняться; внутри была лестница, нам услужливо открыли дверь и пригласили зайти. Высота этажей в 10, не больше. Здесь случился небольшой казус с колумбийкой. Справедливости ради надо заметить, что девушка была скромной, одевалась не вызывающе и излишне не оголялась. Некоторые её платья доходили до пола. Тем не менее, она допустила роковую ошибку — вместо того, чтобы подниматься последней или хотя бы оставить после себя однополых, она решительно ринулась вверх по металлической лестнице. Порыв воздуха снизу рывком задрал её платье выше пояса, которое она не могла одёрнуть вниз, так как руками держалась за лестницу. Вдобавок ко всему, как выяснилось, она еще носила стринги. Так что её голую попу были вынуждены лицезреть все, кто находился ниже. Её подружка из Эквадора поспешила ей сообщить, что было видно "всё". Негры, сопровождающие снизу, оживленно что-то обсуждали на своём. Колумбийка смущалась, на что я её успокоил, сказав, что почти все очевидцы произошедшего через 20 минут исчезнут из её жизни. Навсегда.

Затем мы проехали к месту захоронения бывшего лидера страны. Рядом стояло большое красивое современное здание — парламент страны. Во внутрь на территорию нас не пустили, из-под ворот выскочила маленькая шустрая крыса.

Вокруг парламента были красиво посажены клумбы, красивые деревья, невдалеке стояла симпатичная многоэтажка — пятизвездочный отель, который, как и парламент, построили китайцы. Парламент они сделали всего за год. Другим бы странам поучиться у них. Совсем недалеко от этого островка благополучно стоял Центробанк, посольство Великобритании и охраняемый за зеленой изгородью буржуйский резидентский район. На этом красивая жизнь заканчивалась. Единственное, что оставалось для плебеев — большие торговые центры с супермаркетами, банками, разными офисами и магазинами. Там тоже все было довольно прилично. Чуть дальше была Африка в своем почти первозданном виде.

21 и 22 декабря мы провели на берегу озера​ Нья́са (также Мала́ви, англ.​ Nyasa или Malawi, порт. Lago Niassa)​ — третье по площади и наиболее южное из озёр Великой Рифтовой долины в Восточной Африке, которое заполняет глубокую впадину в земной коре между Малави, Мозамбиком и Танзанией. Озеро пролегает с севера на юг, протяженность 560​ км, глубина 706​ м. Это девятое по величине и третье по глубине (после Байкала и Танганьики) среди пресноводных водоемов мира. Оно содержит 7​ % мировых запасов жидкой пресной воды и создает наиболее разнообразную озерную экосистему по числу видов, большая часть из которых​ — эндемики. «Ньяса»​ — слово на языке яо, которое означает «озеро».

Наш кемпинг Ngala​ Beach Long стоял на берегу самого озера. Снять домик мне не удалось. Точней за 20$ не удалось как раньше. Здесь приходилось говорить не с чёрными управляющими, а с самим белым хозяином, который готов был предоставить номер, но за 65$. Две ночи - это уже 130. Для Малави сумасшедшие деньги. Так что разбил свою палатку прям на песке вместе с теми, кто располагался не в номерах, а в палатках.

В озере купаться было очень приятно. У нас в России в озёрах не бывает такой тёплой воды. Даже ночью не выдержал и залез в воду на лунную дорожку. Утром нам организовали небольшую пешую экскурсию в местную деревню. Рассказали о быте местных жителей, зашли в дом одного из них. Увидели местные больницу и школу, где в классе учится по 200 человек и не у всех есть учебники. Газопроводов не видел, да и электрические провода редко к кому в дом заходят. На огне все готовится, точней на костре. После обеда ещё предложили одну экскурсию к водопаду часов на 4-5. Никто не пошёл, кроме двух пар молодых немцев и милой Хельги, тоже из Германии, которой пошёл восьмой десяток лет. Остальные сидели в баре за напитками или в интернете, а чаще за тем и другим одновременно. Хозяйка кемпинга, милая дама за 60, услужливо угостила всех присутствующих муссом из тунца, что-то вроде лёгкого паштета на большой тарелке в форме рыбы. Отрезаешь кусочек и кладёшь на крекеры, которые тут же лежат на тарелке. Вкусно, меньше чем за час «тарелка съелась», так как удачно пришлась на полдник между обедом и ужином. Это нас к Рождеству католическому порадовала, которое было уже не за горами.

23 декабря мы как всегда направились к северу и остановились на другом месте у берега озера. Здесь вода была прозрачней, когда стоишь в озере и вода по горло, то ноги на дне видно, хотя как и в первом случае шли небольшие волны.

У самого входа в кемпинг расположились​ местные торговцы сувенирами. Все недёшево, и выбрать особенно нечего. Но нужно было уже что-то брать для близких и для подарка к Рождеству. В день Рождества, 25 декабря, каждый должен был положить в коробку какой-нибудь подарок. Потом наугад все члены группы запускали руку в этот ящик, накрытый одеялом, и вытаскивали, кто что возьмёт. Мне достался браслетик и небольшой плетеный слоник. Я в свою очередь положил деревянное яйцо, которое открывалось, а на нём было вырезано изображение карты мира на манер глобуса со всеми материками. Не все подарки были полноценные, некоторые откровенно смухлевали, положив в коробку заманчивые свертки, в которых были простые детские пистолетики для стрельбы водой. Но, как говорится, это останется на совести каждого.

24 декабря покидаем Малави и пересекаем границу с Танзанией. Мы въехали на территорию страны через Великую Рифтовую Долину, поэтому пейзажи превзошли все наши ожидания. Горные массивы, чайные плантации и уютные равнины открывались нашему взору. Дорога петляла по невысоким горам. На высоте около 2000 метров появились сосновые рощи. Необычно было видеть после пальм и южных деревьев сосны. Однако они прекрасно соседствовали с бананами и выращиваемой здесь кукурузой. Лагерь разбили на высоте 1850 м. Домики накануне Рождества были все заняты. Пришлось снова спать в палатке. Было очень прохладно. Если раньше я спальный мешок использовал лишь как простыню, то тут я в джинсах, шерстяных носках, рубашке и свитере полностью залез в мешок и застегнулся как в коконе. Утром в 4:00 термометр на часах внутри палатки показывали +15ºС. В такой дубарь затемно пришлось идти мыться в душ, благо всё заранее приготовил и собрал, да и вода была горячей, что случалось не всегда.

В тот вечер накануне я отпраздновал с одноязычными в баре своеобразное событие — Танзания стала сотой страной, которую я посетил. Мечта сбылась — пришло удовлетворение. Первый рубеж взял. И это при том, что последние 5 лет почти никуда не ездил. Было приятно, когда достигаешь чего-то, чувствуешь, что что-то исполнилось.

25 декабря разбили свой лагерь, спустившись с гор. По дороге сделали остановку в роще баобабов. Буш-туалет плавно перерос в фотосессию. До этого мы не видели в одном месте сразу много баобабов.

Наш новый кемпинг был какой-то недостроенной турбазой. Находился он прям в небольшом городе, а на выделенной нам территории не было почти ни одного дерева, к такому мы не привыкли. Тропическое солнце раскалило палатки до такой степени, что температура внутри дошла почти до +400С. Находиться внутри было невозможно. Народ медленно потянулся в тень под навес в бар. Прям в 10 м. от моей палатки был небольшой бассейн, но вода была не очень чистой и вызывала чувство брезгливости. Как же мы удивились, когда нам сказали, что за пользование этим лягушатником надо ещё и заплатить 5$. Я съязвил, что заплатил бы только за то, чтобы там не купаться. Но был праздник — Рождество Христово, после обеда на территорию туркомплекса стали подтягиваться десятки, а потом и сотни красиво празднично одетых детишек. Он был чем-то вроде островка цивилизации в этом городе. Одни катались на качелях, другие на каруселях, но больше всего детей, раздевшись, ринулось в бассейн 4х8 метров. Человек 100 или даже больше. Он буквально забурлил. Ближе к вечеру у нас было запланировано сафари, последнее, в парк Мукуми. Но​ большинство не поехало, мало того, что за него нужно было платить отдельно, так многим оно уже и приелось. Вдобавок, все уже подустали.

26 декабря мы направились в последний пункт своей остановки, столицу Танзании — Дар-эс-Салам. К месту будет сказано, дорога шла как раз через парк Мукуми. Так что по дороге мы наблюдали слонов, жирафов, антилоп гну, буйволов и бородавочников, в простонародье с легкой руки Диснея прозванных Пумбой. Далее пошли ананасовые плантации. А вскоре и пошли пригороды Дар-эс-Салама — одного из крупнейших городов побережья Индийского океана.

При подъезде к городу сделали остановку у большого торгового центра, чтобы купить воды, поменять деньги или снять их в банкомате. Швейцарец выпал в осадок, когда узнал, что я пользуюсь только наличными. Но моя десятилетняя VISA закончилась еще в октябре, а взять новую всё как-то не было возможности. Здесь наша группа стала распадаться — обе латиноамериканки взяли такси и уехали к знакомой индийской семье. В африканских больших городах проживает много этнических индийцев. Не только в столице Танзании, такую же картину я наблюдал в Мапуту, столице Мозамбика. В основном они занимаются торговлей и живут​ неплохо. В Даресе у них большой красивый индуистский храм, мусульмане-индусы имеют свою мечеть, куда неграм-мусульманам вход заказан. Одним словом, у индусов расистский подход ко многим вещам. Одна их кастовая система чего стоит! До сих пор в Индии живут миллионы представителей низших каст, которые​ никогда и нигде не учились, у которых нет, не было и не будет никаких документов и т.д. Я немного отвлёкся.

Проехав через центр города, мы выехали за город и расположились в отеле Kipepeo Beach Resort. Для большинства, как и для меня, это был финиш. Лишь восемь человек поехали на следующий день на Занзибар, а потом далее до Найроби в Кению. Мой трёхнедельный вояж подошёл к своему завершению. Отель представлял собой несколько десятков двухэтажных домиков. На первом этаже прихожая, место для хранения багажа, душ с туалетом, далее лестница вела вверх, где была большая спальня с огромной кроватью под пологом и терраса с мебелью и гамаком. Кондиционер был не нужен, так как всё продувалось морским бризом. Расположившись в номере, сразу пошёл купаться в океан, как и треть группы. Людей на берегу больше чем ракушек. Были праздники. Теплей воды в своей жизни я не встречал. Словно её подогрели. При заплыве небольшая медуза мне обожгла запястье. Неприятно, конечно, но через пару недель все пройдёт. Часть группы, следующая дальше, расположилась в палатках отдельно на специальной территории. Они выезжали утром в 5 часов дальше. Вечером они пришли попрощаться, целовашки-обнимашки. Но остальным было спешить некуда. Надо отметить, что на следующий день после тура мало кто возвращался домой, кто-то оставался здесь ещё на 2-3 дня, а кто-то ехал в ЮАР и т.д.

На ужин заказал себе лобстера в надежде отвести душу морским вкусным гадом, вспоминая больших и свежих лобстеров Шри-Ланки. Лобстера принесли. Не одного, трёх принесли. Но маленьких, я чертыхнулся, но съел. Весь вечер прообщался с одной немецкой дамой на английском из нашей группы. Не знаю как, но мы на 80% понимали друг друга.

27 декабря можно было никуда не спешить. Весь день мой и только мой. Я становился снова хозяином своей жизни. Наутро я заказал себе такси, чтобы поездить по городу часов до трёх. Поменяв деньги в обменнике — 100$, решил их потратить на подарки.

Обзорная экскурсия по городу вызывала противоречивые чувства — современные здания, как жилые, так и офисные, соседствовали с халабудами и откровенно лачугами. Но уровень столицы, конечно, чувствовался — и люди лучше одеты, и машин больше, и магазины побогаче. Сувенирный рынок не впечатлил, фруктовый больше понравился — набрал две сумки экзотических фруктов для новогоднего стола в России. Допустимый вес багажа по билету — 30 кг. Вылетать предстояло на следующее утро — 28 декабря. Хотя фактически вылет в 04:00 означал бессонную ночь. Пофотографировавшись в городе, я вернулся в отель. Если в город мы приехали быстро, на пароме переправившись через реку, то назад в отель поехали по окружной дороге, километров на 10 длиннее, так как к середине дня очередь на паром и скопление машин могло задержать часа на три. Городу явно не хватало моста, причём не очень длинного, чтобы связать южный пригород с центром столицы. Проект моста есть, и вроде даже строительство началось, но то ли деньги закончились, то ли были разворованы, одним словом, несчастные 200 метров приходилось преодолевать силами двух не новых паромов с крысами и перегруженными под завязочку. Когда плыли утром в центр, то я был единственный белый среди сотен и сотен негров. Билет стоил копейки — 7 рублей в одну сторону, для машин — 50. По окружной в отель вернулись после 14 часов. Делать было нечего, в пекло идти на берег — смертоубийство. Стал разбирать, перебирать, собирать и упаковывать вещи. А потом сиеста, сладкая и безмятежная. После — приятная прогулка вдоль океана под прибой волн прилива и закат солнца на фоне пальм и домиков, покрытых тростником. Африка заканчивалась. Вторая ночь в отеле была оплачена, но погрузиться в объятия Морфея было не суждено. Сразу после полуночи пришло такси и снова через паром отвезло в аэропорт. Не знаю, почему турки выбрали это время для вылета, может, чтобы было меньше людей в это время в аэропорту и избежать столпотворения и наплыва людей, а может просто экономили деньги. Так или иначе, но вылетели всё равно с задержкой на полчаса. Через сиденье попался неразговорчивый пассажир, воткнувший наушники в уши и ушедший в нирвану. Между нами кресло было свободно, и туда покидали ненужные вещи — подушечки, пледы и другое. Я сидел у окна, и любоваться было чем, если тропическую Африку почти всю пролетели затемно, ​ то ближе к рассвету наблюдали Сахару вдоль Нила и её причудливые ландшафты. ​ Далее мы долетели до Средиземного моря и пересекли его. Облачность была несильной, и было хорошо видно, где заканчивалась Африка, а где начиналась Азия. Турецкий берег быстро сменился горами, на некоторых, что повыше, лежал снег… Лето сменило зиму…

Самолет прилетел с опозданием. Стыковочный рейс на Москву вылетал ровно через час. Но наш самолёт отогнали на самый край аэропорта, очень далеко от того места, где останавливаются все авиалайнеры у пассажирских трапов-рукавов. Рулили мы в этот отстойник минут 20-30, не меньше. После чего за нами приехали два автобуса, чтобы отвезти туда, где и находится всё — багаж, паспортный контроль и остальные службы аэропорта. Транзитным пассажирам предстояло заново отстоять очередь и пройти контроль безопасности. Резюмируя — со своим посадочным талоном я добрался до выхода рейса на Москву, когда там уже все закончилось, а самолет стоял на взлёте. Таких как я было немало. Люди опоздали не только в Москву, но и в Марсель, Торонто и другие города. Со своим слабеньким английским я поменял билет на 5 часов позже. Настроение после почти бессонной ночи стало подниматься. Не знаю, как мне это удалось, но я ещё в отличие от других умудрился взять талон на бесплатное питание в кафе и талон в зал ожидания VIP. Только не был уверен, куда с этим идти и как этим всем воспользоваться. Все оказалось проще, чем я думал. В кафе дали говядину с рисом и хлебом, бутылку воды. Уже не голодный. Не меню из морепродуктов, конечно, которое я заказываю по обыкновению в самолёте, но, тем не менее, сыт и не нужно менять деньги на турецкие лиры.

В зале ожидания VIP вообще настроение восстановилось полностью. Мой любимый гороховый суп, чудесная турецкая брынза и другие сыры. Помимо этого фрукты, бутерброды, печенье, десерты, чай, кофе, напитки алкогольные и безалкогольные. Все это в неограниченном количестве — потребляйте, гости дорогие, не стесняйтесь! Народ не стеснялся. Главное, что было, это интернет, который летал пулей. А общение с ближними — это самое ценное, что у нас есть.

Ожидаемый рейс на этот раз вылетел по​ расписанию. Я опять сидел у окна, только с другой стороны, а через сиденье был еще один пассажир, но на этот раз не бука, а очень даже разговорчивый. Его я узнал сразу. Из Африки прилетели вместе. Оказался француз. Летел к русской жене и дочери в Тюмень на Новый год. Работает авиаинженером. Три часа за разговорами пролетели незаметно.

Так и закончилось мое очередное турне. Африка осталась за тысячи километров. Твёрдое желание туда вернуться через год крепло с каждым днем.

​Рязанцев Владимир

​ЮАР - Ботсвана - Намибия - Зимбабве - Замбия - Малави - Танзания.

Оставить комментарий
Загрузка...
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.