Ксения Козеева
7 сентября 2014
1383

День 3-4. New York. MoMA

Льет, льет так, что не хочется ничего.
Мы сидим в своей уже родной квартирке и уговариваем себя, а затем и друг друга выйти из дома.
Прогулки совершаем перебежками, вознаграждаясь горячим старбаксовским кофе и бесплатным вайфаем, за стойкость и непромокаемость, зонта, к слову говоря, у нас нет.

Вчерашний день посвятили моему давнему желанию сходить в музей современного искусства.
Это, конечно, отрыв башки, если можно вообще так выразиться. Сосредоточение таких известных имён, мастодонтов живописи и культуры в целом.
Радовалась и не верила, не верила и радовалась.

Вот я стою в большом белом зале, на 5 этаже центра, а со стены на меня глазеет Фрида, с обезьянкой на руках, рядом она же, надела мужской костюм, смотрит недобро, оценивает себя на принте моей футболки.
Её Ривера где то далеко, в другом зале. Прямо как тогда, когда они жили соседями в своих 2 домах.
Кажется, сейчас он соседствует с Дали, хотя могу ошибиться.
"И по ночам, волны подходят так близко к порогу, голубого дома, океан забирает мои картины, прочь давай поплывем, Диего, в разные стороны, пока не поздно. Мне не стать кем то ещё, мне уже никто не поможет, Диего" (с)
Песня прокручивается в голове, а ноги ведут из зала в зал.



До закрытия не успели посетить 1 этаж, зато купила пару открыток и репродукцию в подарок.
Ну и, конечно же, не обошлось без моего лоховства. Думаю, вас это уже не удивляет.
Если художественное современное искусство я люблю, то инсталляции и скульптуры понимаю с трудом.
Ну и смотрю я на какую то, простите, хреноту со ступеньками, наверху которой стеклышко длинненькое и понимаю, что по лесенке то надо бы подняться, дабы в стеклышко посмотреть и увидеть что же такое таил автор, в "шедевре" напротив.
А вот нет, уйди, противная, куда ногами своими короткими встать осмелилась-это, деревенская ты Щёлковская лимита, искусства произведение, независимое, к противоположной стене никак не относящиеся и в стеклышко смотреть тебе не надо!!!

Короче я не поняла что это и зачем, но это останется на совести тех моих прямых извилин, что отвечают за эту часть творчества.

Едем дальше, а там нас ждёт Центральный Вокзал.
Ну я бы там не гнушаясь сняла новую часть Гарри Поттера. Красиво, таинственно, чисто и даже как то мистически волшебно.
Надо там платформу 9 и три четверти организовать, филиал нью йоркский.



***
Сегодня снова лило, но теперь у нас появился зонт. Нищеброд стайл. Один зонт на 3 головы с гордой надписью про любовь к NY, а как его не любить, там, например, в метро такого насмотришься, что от смеха судороги начинаются, никакие наркотики не нужны. сплошная экономия, но об этом потом.
Статую свободы видели, в тумане, издалека, не сразу поняли, что это она. Сделаем ещё одну попытку в следующий раз.

Холодно до такой степени, что я зверею, пока в чайна тауне не покупаю шарф за 10 баксов. Шарф, кстати, красив и греет, как надо, я даже смогла поговорить с друзьями, не скалясь и не злясь.
Он пришелся как не зря кстати, на бруклинском мосту, где задувало так, что я бы ушла пешком в Щёлково оттуда, если бы не шарф. Ну или же это закончилось суицидом.
Не жди меня мама, хорошего сына.



Я ещё сегодня с утра на помойке нашла нереальную картину, кто то выбросил, к мусорному баку поставил.
Утащила в дом, везу в Щёлково ищу аргументы, которые позволят повесить её на кухне и не рассказать, что она помоишная.

Комментарии
Ольга Анисимова
22 декабря 2014, в 21:15

Ксения,отлично пишешь!очень интересно и с чувством юмора,как я люблю.Прочитала про NY и сама задумываюсь как организовать поездку в столь прекрасный город)спасибо большое!

Ксения Козеева
30 декабря 2014, в 14:52

спасибо огромное, Ольга! очень приятно!

Оставить комментарий
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.
Путешествие — великий уравнитель, великий учитель, горький, как лекарство, и твердый как зеркало. Долгий путь позволит тебе узнать о себе больше, чем сотня лет спокойного созерцанияПатрик Ротфусс