Почему Ормузский пролив всегда был центром притяжения наций
Ормузский пролив — это узкие ворота, соединяющие Персидский залив с Индийским океаном. Сегодня он ассоциируется с нефтяными танкерами. Но задолго до того, как здесь научились считать баррели, считали жемчужины. Пролив сменил много хозяев: персидские цари, арабские купцы, португальские конкистадоры, английские мореплаватели — все они стремились контролировать эту полоску воды, через которую проходили богатства Востока.
Как Ормузский пролив стал важным торговым маршрутом
В древности Персидский залив не был главной торговой артерией — караваны с благовониями шли западнее, через Красное море. Но к первым векам нашей эры ситуация начала меняться. Персидские цари из династии Сасанидов и арабские племена восточного побережья начали осваивать морские пути в Индию и Африку.
Монгольские завоевания парадоксальным образом стимулировали торговлю. Образовались две великие оси: Шелковый путь через Золотую Орду и Путь пряностей через государство Хулагуидов, где Ормуз стал главными воротами к океану. Португальский офицер и писатель Дуарте Барбоза, побывавший здесь в начале XVI века, описывал его, битком набитый купцами: персами, арабами, индийцами и китайцами. Здесь пахло специями, шелком и лошадиным навозом.
Одним из главных экспортных товаров был жемчуг. Здесь смешиваются теплые соленые воды Индийского океана и пресный сток рек Месопотамии, создавая питательный бульон для планктона, которым питаются устрицы. Виды Pinctada radiata и Pinctada margaritifera чувствовали себя так комфортно, что их колонии тянулись вдоль всего аравийского побережья от нынешнего Катара до Омана.
Жемчуг шел на север, в Османскую империю, и на восток, в империю Великих Моголов. Он ценился наравне с золотом, был валютой, подарком богам и инвестицией. Португальцы, занявшие Ормуз в 1515 году и построившие там мощную крепость, даже ввели систему платных пропусков, без которых ни одно судно не могло торговать в проливе.
Как в Ормузском проливе добывали жемчуг
Столетие португальцы контролировали пролив, собирая дань со всех проходящих кораблей. Но самая высокая цена за жемчуг платилась человеческими жизнями внизу, под лодками. Жемчужный промысел был делом сезонным. С июня по сентябрь, когда вода прогревалась до максимума, тысячи ныряльщиков выходили в море на деревянных лодках-багарах. Владельцы лодок, нухазы, ссужали людей деньгами и снаряжением вперед, закабаляя их на весь сезон. Ныряльщик не получал жалованья — только долю от улова, и она редко покрывала долги.
К ноге ныряльщика привязывали тяжелый камень на веревке. Он делал вдох, зажимал нос и уходил на дно. На глубине 10-20 м доброволец должен был за несколько десятков секунд найти и сорвать как можно больше устриц. Напарник наверху дергал за веревку, когда понимал, что ныряльщик задерживается, но не всегда успевал.
Те, кто нырял слишком часто и слишком глубоко, расплачивались здоровьем. Резкие перепады давления разрывали барабанные перепонки, заливали глаза кровью. К сорока годам многие ловцы были уже глухи и слепы.
Добытый жемчуг сортировали, сверлили и нанизывали прямо на лодках. Лучшие экземпляры отправлялись в Индию к магараджам, в Османскую империю к султанам и в Европу к коронованным особам. Часть жемчуга оседала в самой Персии, украшая короны шахов и рукояти их сабель.
Как Ормузский пролив стал крупной нефтяной артерией
В 1622 году персидский шах Аббас Великий в союзе с англичанами выбил португальцев с Ормуза. Англичане предоставили корабли, персы — войско. Жемчуг по-прежнему возили через пролив, но власть сменилась.
В последующие века контроль над проливом переходил от персов к арабам и обратно, но с XIX века в регион начали активно проникать британцы. К началу XX века Британия фактически контролировала большую часть побережья, заключая договоры с местными шейхами и обеспечивая безопасность судоходства.
История жемчуга в проливе закончилась — природные драгоценности победила технология. В 1920-х годах японец Кокойти Микимото научился выращивать жемчуг в устрицах искусственно, подсаживая внутрь песчинку. Рынок наводнили дешевые и идеально круглые культивированные жемчужины. Почти одновременно грянула Великая депрессия, и миру стало не до роскоши. Промысел, кормивший тысячи семей, рухнул за десятилетие.
Но именно в этот момент, в 1930-х годах, геологи обнаружили нечто другое. Те же геологические процессы, что создали идеальные условия для жизни устриц, миллионы лет назад сформировали гигантские ловушки для углеводородов. Планктон, которым питались устрицы, опускался на дно, перекрывался слоями соли и песка, превращаясь под давлением и температурой в нефть. Выяснилось, что в Персидском заливе находятся крупнейшие месторождения планеты.
После Второй мировой войны начался нефтяной бум. Пролив, через который раньше везли пряности и жемчуг, превратился в главную нефтяную артерию планеты. Сегодня через него проходит около 20% мирового объема сжиженного природного газа и 25% морских поставок нефти — примерно 20 миллионов баррелей в сутки. Так жемчуг уступил место черному золоту.
По материалам history.com.
