Суперфуд вдохновил редчайших нелетающих попугаев на брачный бум
Не все так называемые суперфуды действительно достойны приставки «супер», но один из них, похоже, может спасти исчезающий вид попугаев, который обитает только в Новой Зеландии — какапо.
В этом году необычные птицы спариваются рекордными темпами, пользуясь самым обильным за несколько десятилетий урожаем плодов хвойного дерева риму, сообщают ученые. По их словам, похожие на ярко-красные ягоды богаты кальцием и витамином D, что обеспечивает птенцов необходимым питанием.
С начала года на нескольких заповедных островах у побережья Южного острова вылупились 52 птенца, сообщил Эндрю Дигби, специалист по какапо из Департамента охраны природы Новой Зеландии.
Очевидно, выживут далеко не все, но, по мнению Дигби, их число, вероятно, превысит 73 птенца, вылупившихся в 2019 году. Это был рекорд для скрытного нелетающего вида попугаев, чья взрослая популяция сейчас насчитывает 236 особей. Три десятилетия назад, по его словам, было 49 взрослых птиц.
«Возможно, в ближайшие пять-десять лет мы сможем отвести их от грани исчезновения», — надеется эколог.
Название «какапо» происходит от маорийских слов «kaka» (попугай) и «po» (ночь). Подавляющее большинство людей никогда не видели этих ночных попугаев вживую. Сотрудники природоохранных ведомств перевозят этих птиц на вертолетах, и недавно таким способом три особи были доставлены в заповедник на Северном острове Новой Зеландии.
Средняя продолжительность жизни какапо — около 60 лет, а некоторые особи живут столько же, сколько люди, рассказывает Дигби. Он ведет наблюдение за брачным сезоном на острове Анкор, небольшом заповеднике у юго-западного побережья Новой Зеландии, отличающемся отсутствием хищников (среди которых кошки, собаки, хорьки и ласки), угрожающих попугаям.
Каждый взрослый какапо носит передатчик, который Дигби и его коллеги используют для отслеживания птиц. Их желтовато-зеленое оперение служит отличным камуфляжем. «Передатчик крепится как рюкзачок, — объясняет ученый. — Немного напоминает фитнес-браслет. Мы видим, гнездятся ли птицы. Мы даже можем определить, кто с кем спаривался и сколько это продолжалось».
По состоянию на 5 марта в этом году было отложено 245 яиц, из которых 139 оказались оплодотворенными, уточняет Дигби.
Многие растения проходят циклы подъемов и спадов плодоношения, и именно такой урожайный год выдался сейчас для риму, обеспечивая какапо изобилием пищи, говорит эволюционный биолог Марлен Зук из Университета Миннесоты. «Понятная многим аналогия — дубы, — сравнивает она. — У них бывают урожайные годы, когда земля буквально усеяна желудями, и множеству животных, скажем, диким индейкам, это приносит пользу».
По словам Дигби, хотя попугаи не летают, они способны забираться высоко — иногда до 30 метров в крону деревьев — чтобы добраться до плодов. Взрослые особи могут весить до четырех килограммов. Их мордочки похожи на совиные.
«Я стоял в двух метрах от какапо и буквально не мог его разглядеть — настолько хорошо он замаскирован», — вспоминает он.
Но Дигби знал, что птица рядом, по ее характерному сладковато-затхлому запаху.
Нужно найти, какие еще растения могут прокормить какапо, поскольку риму растут медленно и сильно пострадали от вырубки, убежден палеоэколог Александер Боуст из Института биоэкономики Новой Зеландии.
«Вопреки утверждениям, что эти птицы как будто "обречены на вымирание", вся ситуация показывает, что они прекрасно приспособлены к своей естественной среде обитания, а их необычная система размножения — это блестящее решение, гарантирующее птенцам богатый источник пищи», — считает он.
Самец какапо известен своим низкочастотным брачным призывом, который называют «бум» — представьте себе фагот, только ниже.
А некоторым особям, кажется, просто везет. Например, самцу по кличке Блейдс, у которого появилось как минимум 22 птенца, что побудило ученых исключить его из программы размножения. «К сожалению для него, он был сослан на остров, где живут только самцы», — улыбается Дигби.
Ученые считают, что чем выше генетическое разнообразие вида, тем больше у него шансов на процветание и выработку устойчивости к болезням.
«Думаю, этот пример показывает, насколько сложно спасти вид на грани исчезновения, особенно когда речь идет о таких узкоспециализированных, долгоживущих и крупных созданиях, как эти птицы. Это вам не тараканов разводить. Чтобы помочь такому животному, нужно приложить колоссальные усилия. Мы все болеем за них», — заключила Зук.
