Дмитрий Иванов
19 июля 2015
1311

Непал: познать свою Меру. Часть 2

Катманду – Лукла – Чутанга
29.10.2013 (вторник)


Утром всё по-скорому: подъём в 5:25, завтрак в 5:50, и уже в половине седьмого мы выехали в аэропорт. Там, в отличие от прошлого года, было поставлено на весы абсолютно всё – в буквальном смысле этого слова: сначала наши рюкзаки, а потом и мы сами, с ручной кладью и всем, что было на нас надето и навешано. Такое ощущение, что власти аэропорта решили рьяно бороться с перегрузами и уловками пассажиров. Кстати, Рагимов, если не ошибаюсь, опять ухитрился "сбросить" килограмма полтора за счёт ботинок, которые он нёс на шее, а перед тем, как встать на весы, снял и попросил кого-то подержать.
На лётном поле произошла задержка: долго не пускали к самолёту, и пришлось ждать в автобусе. В это время мимо нас в походном снаряжении стали прогонять роту солдат, вооружённых карабинами. Исакич, уставший сидеть без дела, тут же схватился за фотоаппарат и принялся щёлкать затвором. Сам не знаю откуда, но я вдруг выдал ему экспромтом предостерегающее двустишие:
– Непальский снайпер с криком "намастэ!" (*8)
"Снял" в объектив слепящего туриста.

Для наглядности я изобразил, как снайпер "снимает" выстрелом цель.
Исакич бросил в ответ что-то недоверчиво-весёлое типа "да ладно!", но фоткать перестал.
Наконец, в 8:50 по местному времени мы взлетели и через полчаса благополучно приземлились на аэродроме в Лукле (о "прелестях" посадки на этом клочке бетона над ущельем я уже писал в прошлогоднем отчёте, поэтому повторяться не буду).


На подлёте к Лукле


Из Луклы (Lukla, 2840 м) по плану следовал примерно трёхчасовой переход до Чутанги (Chutanga, 3245 м), а поскольку времени было в достатке, то мы не спеша пообедали в уже знакомом нам отеле рядом с аэропортом, где кроме нас сделала остановку группа немцев, направлявшихся на Айленд-пик.
Одним из гидов у немцев была русская девушка Марина Новикова. Мы с удовольствием сфотографировались и перебросились парой фраз. Марина рассказала, что она родом из советского Таджикистана, уехала в Германию 16 лет назад и теперь живёт в Мюнхене и водит туристов по самым разным странам и маршрутам. Напоследок мы пожелали друг другу удачи.

Путь до Чутанги, начатый в половине двенадцатого, растянулся на 4 часа, из которых полтора часа ушло на две неспешные остановки на чай и ланч.
В отличие от прошлогоднего трека, на этой практически безлюдной тропе лоджий не было, и для ланча мы просто останавливались в удобном месте, а наша бравая группа поддержки из нанятых Пурбой носильщиков и повара тут же варганила что-то съестное на своих примусах.


Остановка на ланч


Сам Пурба шёл вместе с нами и следил за действиями своей команды. Невысокого роста, но физически крепкий и всегда позитивно настроенный, с непередаваемой хитрецой в вечно улыбающихся глазах, он прямо-таки заряжал нас своей энергией. А общительность вкупе со свободным английским делала его прекрасным собеседником.


Пурба


Несмотря на свой высокий статус руководителя, Пурба никак не выказывал даже намёков на какое-либо высокомерие – по крайней мере, я ничего подобного не заметил. В нём легко сочетались простота и достоинство, а также внимательное отношение ко всем членам экспедиции, в том числе к своим помощникам. При этом он не считал зазорным, особенно в первые дни похода, сам обслужить нас с горячим чайником в одной руке и подносом с кружками в другой. Я бы также отметил в нём острый ум и наблюдательность.
Его правой рукой был Ками – высотный гид, по словам Пурбы, четырежды побывавший на вершине Эвереста. Пурба произносил это с особой гордостью, добавляя при этом, что теперь вот этот замечательный человек работает в его фирме. Ками, судя по всему, и осуществлял текущее руководство остальной командой (что и кому надо сделать), а также выполнял разовые поручения шефа. На вид Ками был чуть постарше Пурбы (*9) и настолько основателен во всём, что ни малейшего сомнения в его высоком профессионализме не оставалось.


Ками и Оля


О взаимоотношениях этих двух главных людей в группе можно было судить по одному маленькому, почти незаметному эпизоду, случившемуся в первый же день. Памятуя о прошлогодних неудобствах с болтающейся за спиной гитарой, я вскоре после выхода на тропу передал её Пурбе. И на своём коверканном английском объяснил, что доверить эту очень важную для меня вещь могу только ему. Пурба без вопросов взял ценный груз, прикрепил к своему рюкзаку и выдвинулся в голову группы. И только наутро следующего дня я обнаружил, что новым "оруженосцем" стал Ками. Пурба перехватил мой взгляд и очень деликатно объяснил, что Ками – это как раз тот самый наиболее надёжный человек, у которого с гитарой точно ничего не случится. Таким образом, и суть пожелания клиента была исполнена, и негласная субординация в распределении обязанностей членов команды не нарушена.
Ещё одним гидом был Дауа, более молодой, но тоже очень спокойный и уверенный в себе. Чувствовалось, что он здесь абсолютно в своей стихии, готовый к любым ситуациям и сюрпризам изменчивых гор, и наш поход скорее походил для него на лёгкую прогулку – как плавание по безмятежной глади моря, где он, младший помощник капитана, в любую секунду готов подменить своего шкипера, встать у штурвала и вести корабль сквозь внезапно налетевший шторм. Говоря о Дауа и Ками, Пурба опять же с нотками гордости добавлял, что они оба шерпы и полное имя Дауа – Дауа Шерпа.
Кстати, Дауа на второй день пути был приставлен зорким Пурбой к нам с Олей, чтобы мы, шедшие последними, были обеспечены постоянной поддержкой. Он так и сопровождал нас всю дорогу до конца путешествия.
Об остальных непальцах я мало что сохранил в памяти и своих записях, поскольку с ними просто реже пересекался на тропе. Рагимов и Киреев лишь упоминали, что один из них (по-моему, повар) был родственником Пурбы.

Движение по тропе было не слишком обременительным, без крутых подъёмов, с постепенным набором высоты. Киреев и Папуш, совершившие перед экспедицией акклиматизационный выезд на склоны Эльбруса, сразу умчались куда-то вперёд, за скоростным Радаевым. За ними тянулись все остальные. Замыкали колонну, как и следовало ожидать, мы с Олей, да зачастую рядом с нами оказывался командор, по обыкновению шедший очень размеренно и экономно, без лишних затрат энергии.
Когда дошли до Чутанги, непальцы под руководством Ками тут же разбили лагерь из пяти палаток, одна из которых предназначалась Рагимову как нашему командору, а в остальных селились по двое.
И тут выяснилось, что отстали наши основные рюкзаки и баулы со спальниками, тёплыми шмотками и всем остальным, что обычно никто из нас не брал в маленький походный рюкзачок. Такое бывало и в прошлый поход, поэтому известие поначалу беспокойства не вызвало.
А зря. Потому что вещи вскоре прибыли, но не все. Рюкзака Радаева среди них не оказалось. Пока Володя маялся и выслушивал предложения, что делать, Пурба дозвонился до Луклы и сообщил, что рюкзак по ошибке остался там, но завтра нас "догонит", посему пока будет сооружена временная постель.
При этом в стандартный набор экспедиционного снаряжения, взятого с собой непальцами, помимо палаток уже входили обшитые прочной материей и приличные по размерам поролоновые подстилки. Поверх них для нас с Олей я ещё постелил самонадувающиеся коврики и сверхтёплые спальники на основе синтетики, рассчитанные до температуры минус 30º (из того большого набора снаряжения, что было закуплено в Москве).
Вечер провели в чайном домике (Tea House), поужинав около 6 часов, когда уже стемнело. Есть в первый день по обыкновению не особо хотелось, да ещё и рацион, предложенный нам Пурбой из закупленных продуктов, оказался не вполне соответствующим нашим вкусам – было видно, что в этом вопросе ещё предстоит "найти консенсус".
После ужина Палыч (как мы привыкли звать Сергея Папуша) сразу ушёл спать, потом за ним потянулись Оля и другие, а я ещё с полчаса мучил гитару, при этом основными слушателями были местные парни, да одинокая японка со своим гидом.
Мобильная связь в деревушке присутствовала, и я послал на родину SMS родителям, что у нас всё хорошо и мы ни в чём не нуждаемся.

---
(*8) "Намастэ" – традиционное приветствие в Непале вроде нашего "здравствуйте".
(*9) Как я уже не раз ловил себя на мысли, возраст непальцев по их внешнему виду определить было очень сложно. На мой дилетантский взгляд, и Пурбе, и Ками было слегка за сорок.
---

Чутанга – Харкатенг
30.10.2013 (среда)



В 6 утра нас с Олей разбудил голос снаружи палатки. Как оказалось, наши шерпы свято блюли традиции, заложенные их отцами и дедами, когда сопровождаемым горовосходителям предлагался "чай в постель". По желанию клиента в кружку добавлялось нужное количество сахара, и вот уже, взбодрённые таким приятным пробуждением, мы выбираемся из палаток, а рядом с ними уже стоят большие глубокие миски с горячей водой, чтобы умыться и помыть руки. Да это просто курорт какой-то!
Погода с утра стояла ясная, лишь кое-где над ущельем зависли обрывки низких облаков, над которыми вдалеке в лучах восходящего солнца ярко сверкали белоснежные шапки вершин. Землю за ночь покрыл иней. Да и весь наш склон, обращённый к западу, ещё долго оставался в тени, поэтому мы сразу оделись потеплее и после завтрака в 8:10 вышли на тропу. По словам Пурбы, в прошлом году было ещё холоднее, и под ногами кое-где был лёд.
До Харкатенга (Kharkateng, 4000 м) дошли менее чем за 3 часа. Деревушка состояла из нескольких хижин, половина из которых были временными постройками, укрытыми сверху вместо крыши большими полотнищами толстой синей плёнки.
Когда мы с Олей последними поднялись к такому ближайшему сарайчику, нас уже ждал Пурба с кружками на большом подносе в одной руке и чайником с горячим соком – в другой. И в дальнейшем сок из банок, подогретый на примусе, был нашим любимым питьём в конце каждого перехода.



Бывало, идёшь уже часа 3 по тропе, весь народ где-то далеко впереди, и тут навстречу по камням скачет паренёк с чайником и кружками. Оказывается, в пяти минутах ходьбы сделана остановка на ланч, и всех уже напоили горячим ананасовым соком, остались только мы с Олей. Тепло из кружки разливается по жилам, и к нам тут же возвращаются бодрость и хорошее настроение.

Из деревушки был хорошо виден покрытый снегом перевал, и Палыч с Киреевым и Радаевым тут же начали сопоставлять увиденное с картой, купленной в Катманду. Судя по ней, за первым перевалом почти сразу следовал второй, после чего тропа постепенно спускалась в долину реки Хинку до высоты 3500 метров.


Слева направо: В.Радаев, С.Киреев, С.Папуш


Те уверенные в себе путешественники, которые брали перевал в конце второго дня пути, обычно успевали спуститься только до местечка Тули-Кхарка (Thuli Kharka, 4300 м), состоящего всего из пары лоджий, притулившихся у превосходящего их по размерам огромного камня, будто брошенного сверху каким-то великаном на эту большую серую поляну и так и оставшегося торчать на ней. Мы же рассчитывали за день скатиться ниже 4000 метров, туда, где уже начиналась зона лесов.
Сегодня же, пока в запасе было целых полдня, желающим предлагалось для лучшей акклиматизации прогуляться до середины подъёма к перевалу. Мы с Олей этой возможностью воспользовались и поднялись до приметного камня, служащего примерно такой отметкой. Здесь уже повсюду лежал снег, мы вторглись в его царство, оказавшись выше не только его условной границы, но и облаков, поднимавшихся из ущелья. А ещё выше над перевалом весело развевались на ветру разноцветные вереницы флажков с начертанными на них буддийскими мантрами, и по склону маленькими точками двигались в противоположных направлениях несколько фигурок. Эта картина, и облака под нами, и ветер, наполнявший лёгкие, – приятно бодрили и вызывали волнующее чувство близости заветной цели.


Перевал Затрва Ла (вид из д. Харкатенг)


Сделав пару снимков, я про себя порадовался тому, что перед поездкой не поскупился на новый фотоаппарат с 16-кратным зумом, благодаря чему один и тот же вид можно снять с разным приближением, передавая то общее масштабное полотно, то его отдельные интересные детали. Плюс к тому модель была оснащена лёгкой ручной подстройкой некоторых параметров, включая яркость и цветопередачу, и мне не надо было ломать голову над тем, каким получится снимок. Я просто щёлкал два-три кадра подряд с разными установками, чтобы потом, дома, выбрать из них лучший.


Юрий Коссовский


Когда мы спустились к лагерю, палатки уже стояли рядами на специально приспособленных для этого ровных лужайках: наши и рядом, если не ошибаюсь, датчан, шедших одним графиком с нами. Поодаль высился еще один переносной "домик" – туалет. А в небогатой лоджии уже ждал чай.
Пить действительно очень хотелось, а затем и немного вздремнуть до ужина, тем более что все рюкзаки, включая радаевский, были в этот раз на месте, и ничто не мешало забраться в тёплый спальник и немного расслабиться.
Кстати, наши с Олей спальники действительно оказались настолько тёплыми, что я первые 2 ночи мучился от жары (это при минусовой температуре наружного воздуха!) и всё комбинировал разные варианты из расстёгнутого спальника и других вещей, чтобы одновременно ненароком не застудиться и спать в относительно комфортных условиях.
Видимо, из-за этого недосыпания, а также влияния кислородного голодания за ужином со мной случился сущий кошмар: я вдруг обнаружил, что пропали все мои "заначки" в долларах и евро – весьма внушительная сумма! Перерыв всё, что только можно, и уже почти смирившись с пропажей, я лишь спустя приличное время обнаружил её рядом с собой на лавке в целости и сохранности.
За ужином помимо обычной еды нам досталось по куску вкусного пирога. Трапеза сопровождалась звуками пения из соседнего с нами помещения, где собрались местные – видимо, что-то праздновали. Немного послушав этот нестройный хор голосов, я взялся за гитару и принялся негромко вытягивать любимые мелодии Визбора и Никитина. Звуки за перегородкой тут же стихли, было понятно, что поющие обратились в слушателей. Затем некоторые из них – кто робко, а кто посмелее – стали заглядывать в нашу кают-компанию. Кое-кто из парней был в шортах и шлёпанцах на босу ногу, что не очень вязалось с морозцем за дверью, куда они время от времени выскальзывали.
Потом нарисовалась какая-то тётка и в перерывах между песнями что-то говорила мне на своём языке, грубовато-воркующее. Я в тон ей отвечал, что – да, вот так и живём: днём идём, вечером поём – а куда деваться?! Нам песня не только строить и жить помогает, но и вообще... И затягивал новую.
Видимо, вспомнив про какие-то свои дела, женщина с явной неохотой ушла, а мы ещё какое-то время посидели, перед тем как перебираться из натопленного помещения в наши скованные холодом постели.

Харкатенг – Токтор
31.10.2013 (четверг)


Утром Оля призналась, что почти всю ночь не спала. Ей и на равнине-то никогда не было удобно ночевать в палатке – видимо, из-за каких-то особенностей строения её организма. По утрам она жаловалась, что болит спина, и только последующее плавание в реке (где летом обычно всё и происходило) снимало боль и напряжение. А здесь ни о каком купании не могло быть и речи – проснулся, поднялся и пошёл! Ну, если не считать завтрака и так полюбившегося нам "чая в постель"...
Подъём в этот день был в 6:30, но вышли мы всё равно поздно – в 8:25. Видимо, нехитрые утренние сборы вещей и упаковка их в баул, а наиболее необходимых – в лёгкий личный рюкзак, ещё не были доведены до автоматизма и отнимали слишком много времени у заторможенного от высоты мозга.
Подъём до перевала не представлял технической трудности, если не считать скользковатые местами участки, где поднимавшиеся или спускавшиеся гиды из разных групп останавливались и начинали вырубать ледорубами в плотном снегу ступеньки, чтобы другим было легче идти.


С.Рагимов и Ю.Коссовский на подъёме к перевалу Затрва Ла


Я надел Оле на ботинки припасённые для подобного случая ледоступы. По её словам, шипы держали великолепно, правда, уже в конце дня обнаружилось, что на одном из ледоступов два из десяти шипов оказались вырванными из резинового корсета – видимо, из-за того, что помимо снега нам пришлось преодолевать несколько каменистых отрезков.
На первом перевале, куда поднялись за 2 часа, последовала 15-минутная передышка с фотографированием друг друга, пейзажей и облаков под нами. Затем двинулись ко второму, обратив по пути внимание на следы снежного барса и горных козлов, а также на старые лавинные выносы, кое-где пересекавшие тропу.
После четырёх часов пути, оставив позади оба перевала и спустившись ниже границы снегов, мы сделали остановку на ланч и вскоре двинулись дальше, траверсом по серо-коричневому склону, покрытому пожухлой травой. К этому времени долина уже была в тумане от накрывших её облаков.



Потом тропа вошла в рододендроновый лес, и мы прыгали по влажным от росы камням, стараясь не поскользнуться. Облака в какой-то момент чуть-чуть раздвинулись, и Пурба в открывшемся просвете показал нашу Гору.
К этому моменту мы были в пути уже более 7 часов, и Оля заметно устала. Пурба предложил взять у неё рюкзак, но она решительно отказалась и минут 20 продолжала идти, не соглашаясь расстаться со своей ношей. Наконец, её уговорили, и тут вскоре оказалось, что мы пришли.

Токтор не был обозначен на картах и представлял собой даже не деревушку, а пару домиков и столько же узких травяных уступов рядом с ними для палаток на высоте порядка 3700 метров.


Токтор (фото С.Рагимова)


Видя, как вымоталась после бессонной ночи и длинного перехода жена, я попробовал выяснить, нельзя ли снять на ночь комнатку в одной из построек, но оказалось, что они ещё не достроены и не готовы к приёму посетителей.
Палатки к нашему с Олей приходу уже стояли, и можно было погреться чаем и горячим молоком в небольшой обжитой комнате одного из домиков.
В 17:30 стемнело, ещё через полчаса был готов ужин, после которого Сергей Киреев, взяв в помощники своего тёзку Рагимова, представил широкой публике только что сочинённые частушки. Они пели про Олю, которая не соглашалась расстаться с рюкзаком, про мощных ходоков Палыча с Леной, про оставшегося без вещей Радаева, про любящего поболтать с непалками Исакича – в общем, про всех нас. Я тут же досочинил к частушкам весёлый припев и присоединился к поющей компании.
После частушек Оля отправилась спать, а мы ещё посидели с гитарой, пока усталость не сморила самых стойких.
Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Оставить комментарий
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.
Путешествовать — значит осознать, что все ошибаются насчет других странОлдос Хаксли