Рецепт приготовления трупа к будущей жизни его хозяина. Непал

Представители другой расы попервости все кажутся на одно лицо. Катманду и его обитателей, их неповторимость начинаешь замечать постепенно, но уже на второй-третий день непальскую столицу и непальца опознаешь на любой, самой мутной и выцветшей фотографии. Ну, впрямь, с чем его можно спутать, этот вычурный город красного кирпича, в котором живут миллионы индуистских богов и божков, а еще—отовсюду пялятся оскаленные демоны?



Перед каждым, добрым или злым—лепестки лотоса или щепоти риса: бессмертные тут часто питаются получше смертных. Катманду—тот редкий город, где люди и религия не сосуществуют: нет, люди тут в религию погружены с головой, в ней утоплены, ею дышат, ее пьют, непальцы пребывают в религии как медицинские препараты в формальдегиде, только что люди еще рождаются, живут, умирают. Ритуал ухода, который также—движение к новому рождению, совершается в центре города, в храме Пашупатинатх. На берегу реки Багмати расположены платформы для кремации: пепел умершего отправляется в священные воды--те самые, кстати, что поступают в городской водопровод.
Кремационный конвейер действует с рассвета до заката. Выше по течению—платформы для покойников из высших каст, а оттуда и вниз—престижность места и статус касты, последовательно, все убывают. Это сказывается на всем: жрец прощается с покойным дольше или быстрее, для очищения плоти сожжением используются либо кипарис, либо дуб, либо совсем уж какая-нибудь акация.
Кремация—дело небыстрое и дорогое: в Непале дрова дороги и те семейства, что победнее, могут себе позволить испепелить покойника лишь в общем и целом. Недогоревшее отправится в реку Багмати и будете унесено волнами в жирно-радужных разводах куда далеко, к фильтрам городских коллекторов, а может—дальше, в Индию, в воды священного Ганга. В священном бульоне Багмати плещутся ребятишки из неприкасаемых—потому что жарко, конечно, но есть еще и шанс выловить каплю золота, в которую спеклись сережка, кольцо или зубная коронка. По склонам берегов реки носятся макаки—их развлекает людская суета плюс кое-что перепадает от поминальных трапез. В пещерах под храмом Пашупатинатх сидят святые отшельники садху и раздумчиво курят гашиш. Из дыма ветер плетет кольца—затем несет их к югу, и переходит к северу, кружится, кружится, и возвращается на круги своя. А рядом, в переулках храма, уже занимаются не духом—здесь лечат плоть, чтобы ей всеочищающее пламя потребовалось как можно позже.
Оставить комментарий
Загрузка...
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.