Антонина Еналиева
16 декабря 2014
3149

Стакан воды для перелетных птиц - Солана


Несколько лет назад я узнала, что в Черногорию на зимовку слетаются фламинго. Здесь, рядом с Ульцином, на соляной фабрике «Солана», находится заповедник птиц, который охраняется государством. Тогда не удалось попасть через пропускной пункт - требовали особенное разрешение. С тех пор увидеть "детей заката" стало моей мечтой. Недавно, благодаря социальной сети (это компенсация за потраченные интернет-часы жизни) нашла орнитологическую станцию в Черногории. Ребята из CG Czip (Centar za zaštitu i proučavanje ptica) привлекают волонтеров для борьбы с браконьерами и дают возможность всем желающим своими глазами увидеть жизнь мигрирующих птиц.
На рассвете мы прибыли к Солане. Наш автомобиль ехал вдоль соляных заливов. Огромные крылья цапель вскидывались в небо и уносились вдаль. Повсюду царил птичий хаос. Медленно мы продвигались к смотровой вышке. Вдалеке показалось деревянное сооружение, а в озере в 100 метрах от нее беловатая стая. Наш проводник, Александр, сказал, что это фламинго. Мы подъехали. Было видно - птицы насторожились, вытянули головы и стали похожи на клюшки для гольфа точь-в-точь, как в мультфильме «Алиса в Стране чудес».
- Фламинго не боятся автомобилей, - говорит Александр, - иногда они подходят на расстояние до 30 метров, но стоит выйти из машины - вся стая поднимается в небо и переносится на безопасное расстояние.
Александр раздал бинокли и мы поднялись на вышку. Он установил штатив с монокуляром. Через него можно наблюдать за поведением птиц, как на плазменном экране. Вдруг раздался глухой хлопок. Александр тревожно кинул взгляд в сторону звука. «Вероятно, здесь браконьеры», - сказал он. Мы спустились и стали продвигаться на авто в глубь птичьей обители. Дорога сужалась, сухие ветки царапали машину. Дальше решили идти пешком.
Площадь Соланы чуть меньше 15 квадратных километров. Здесь соль добывается выпариванием воды и собирается традиционно ручным способом, что более экологично. Этим летом из-за частых и сильных дождей Солана не работала. Не так давно ее выкупили у государства за 800 тысяч евро. Сейчас продают за 198 миллионов. Александр шутит: «если бы я знал раньше, то купил бы себе сотню метров по 50 центов». Соляные заливы поделены на прямоугольники и перемежевываются почвенными насыпями, многие из них заросли тростником и колючими кустами ежевики. Чтобы развеять опасения о браконьерах, мы сворачиваем в один из таких косорезов и пробираемся сквозь заросли. Дошли до перекрестка. Александр оставляет штатив и во избежание «лобовой» встречи с браконьерами, просит подождать его здесь. Убедившись, что все мирно, мы возвращаемся на основной путь.



- Много ли птиц гибнет от браконьеров? - спрашиваю я.
- Сложно сказать. Чаще стреляют уток. В миграционный сезон погибает несколько тысяч. За ночь один человек может убить до 50 птиц. А если таких охотников 10 человек, то считайте. Во время миграции вообще запрещена охота. Это можно расценивать как войну против птиц. Солана – это промежуточный пункт. Птицы здесь останавливаются, чтобы выпить «стакан воды» и двинуться дальше.
- А сколько стоит одна птица на рынке?
- Это зависит от дичи. Вообще, их продают здесь, на Ульцинском рынке, от 3 до 15 евро. В Италии такая дичь стоит до 80 евро. Обычная утка стоит дешево, но и мяса в ней почти нет. Я думаю, что большинство браконьеров, стреляют не для того, чтобы продавать и как-то зарабатывать на этом, а из любви к убийству.
Мы слышим серию залпов на другой стороне озера.
- Сегодня выходной – разрешенный день охоты на животных, - объясняет Александр. У нас в лесах водятся кабаны, волки, серны, косули, лисы, зайцы.
Рядом с дорогой лежат несколько гильз.
- Это прошлогодние гильзы. Видите, озеро поделено на две половины. На этой стороне, где мы находимся, запрещена охота, а на другой стреляют, поэтому там пусто. На этом участке мы и боремся с браконьерами. Самое ужасное, когда расставляют сети и живых птиц умерщвляют головой о землю. Они в таком состоянии могут прожить еще несколько дней. На рынок их несут уже мертвыми или полуживыми.
- Что Вы делаете, если встречаетесь с браконьером?
- Звоню в полицию, фотографирую, потом эти фотографии передаю в полицейский участок. Иногда мы устраиваем рейды вместе с полицейскими. Тогда у браконьеров отнимают ружья, штрафуют на 500 евро и лишают лицензии на охоту. Обычно все имеют разрешение, поэтому они стараются не попадаться.
- Случались конфликты?
- У моего коллеги был случай, когда на него наставили ружье. Он, как обычно, сфотографировал браконьера, но чуть жизни не лишился. Конечно, немыслимо, чтобы человека убили из-за утки. Дай бог, чтобы такого не случалось.



Солнце поднялось в зенит и стало отражаться от гладкой поверхности соляных заводей. Яркие блики слепили глаза, и мы решили прерваться на обед в Ульцине. На пути нас ожидала редкая удача: на расстоянии 50 метров от дороги уже обедала стая пеликанов. Заметив автомобиль, они плавно удалились вглубь озера. Александр восторженно зуммировал свой фотоаппарат.
- Стая из 9 особей и так близко! Я уже несколько лет не видел их так близко и в таком количестве. Из-за браконьеров с каждым годом пеликанов все меньше. Раньше к нам прилетали стаи и по 30 особей. Из всех птиц мне больше нравятся пеликаны – это большие, импозантные птицы. Очень интересно за ними наблюдать.


От Соланы до Ульциня около 3 км. Мы остановились в кафешке в центре города, напротив Малого пляжа.
- Как ты стал орнитологом?
- Вообще, по образованию я механик. Случайно так получилось, что я оказался в этой организации. Долгое время вместе с ребятами, которые уже работали в Czip, я ездил на Солану наблюдать за птицами. Очень заинтересовался. Потом мне предложили работу. Нас всего 7 человек. CG Czip - неправительственная организация. Средства донируют крупные европейские орнитологические организации, нам достается незначительная часть из них. Я женат и то, что здесь зарабатываю не хватает на жизнь. У меня есть вторая работа. С 8:00 до 16:00 я в офисе Czip, а с 18:00 до 01:00 работаю администратором в боулинге. Редко удается высыпаться, особенно в сезон миграции. В период с октября по апрель каждые выходные мы наблюдаем за птицами, пресекаем охоту браконьеров, проводим экскурсии – популяризируем орнитологию. Мне очень нравится то, чем я
Во второй половине дня на Солане мы уже не встретили фламинго. В другой части озера, куда нас отвез Александр, мы наблюдали за парой пеликанов, которые чистили перья, вскидывали клювы и забавно размахивали зобом, похожим на флаг. Вокруг кружили цапли, бакланы, стайки мелких, но отважных северных птиц, которые совершили нелегкое путешествие из северной части нашей планеты.
- Некоторые птицы, которые летят через Адриатику без остановки 250-300 км, уже на подлете без сил падают на берег или разбиваются о воду. Мой коллега был свидетелем нескольких таких случаев.
Александр вглядывается в густые заросли кустарника и тихонько указывает пальцем на притаившуюся пеструю птичку.
- Сфотографируй. Это зимородок - он очень красивый, может зависать в воздухе как колибри.
Но птичка настолько шустра, что просто так ее не сфотографируешь. Во мне проснулся азарт - стала выжидать. Для съемки дикой природы мой репортерский комплект фототехники не годился. 200 мм – это очень мало.
- Сегодня был хороший день. Вам очень повезло! Так близко мне не удавалось видеть пеликанов. Только с высоты через монокль.
День клонился к вечеру, фламинго больше не появлялись. Птицы уходили за солнцем - мы двинулись домой.

Антонина Еналиева
Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Оставить комментарий
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.
Как только подхватываешь лихорадку путешественника, ты уже не можешь от нее излечиться и будешь заражен ей до конца жизниМайкл Пейлин