Екатерина Степанова
18 июня 2020
5102
8

Кругосветное путешествие Ивана Гончарова-«Обломова»

«Принц де Лень» — так звали современники русского классика. Однако в кругосветное путешествие Гончаров отправился. Увидел многое и оставил подробные записки. Мы их изучили и рассказываем о самых любопытных.

Осенью 1852 года литературные круги Петербурга потрясла новость — автор романа «Обыкновенная история» Иван Гончаров поедет в кругосветное путешествие в качестве секретаря адмирала Ефимия Путятина. Пикантность ситуации состояла в том, что Гончаров был известным любителем комфорта, его даже называли «принц де Лень». Тем не менее писатель сам, будучи переводчиком в министерстве финансов, приложил все силы, чтобы добиться этого назначения.

С командой фрегата «Паллада» за три года писатель объехал три континента и около 30 стран, повидав Англию и португальскую Мадейру, мыс Доброй Надежды и остров Яву, Сингапур, Гонконг и Японию, Шанхай, Ликейские острова и Манилу. Из многочисленных путевых очерков и писем впоследствии сложилась книга. Она так и называется: «Фрегат "Паллада"». О самых интересных наблюдениях Ивана Гончарова мы расскажем в этой статье.

Англия и Лондон: торговля видна, а жизни нет 

Леди и джентльмены прогуливаются по улицам Лондона

Англия показалась Гончарову красивой, но какой-то слишком правильной. Он писал, что природы здесь нет, потому что каждый клочок земли обработан и каждый кустик подстрижен.

И погода странная: «...декабрь, а тепло: вчера была гроза; там вдруг пахнёт холодом, даже послышится запах мороза, а на другой день в пальто нельзя ходить. Дождей вдоволь; но на это никто не обращает ни малейшего внимания, скорее обращают его, когда проглянет солнце. Зелень очень зелена, даже зеленее, говорят, нежели летом: тогда она желтая. Нужды нет, что декабрь, а в полях работают, собирают овощи — нельзя рассмотреть с дороги — какие. Туманы бывают если не каждый день, то через день непременно…»

В первую неделю писатель осмотрел «большую часть официальных зданий, музеев и памятников». Но люди с их обычной жизнью интересовали его сильнее: «Я с неиспытанным наслаждением вглядывался во всё, заходил в магазины, заглядывал в домы, уходил в предместья, на рынки, смотрел на всю толпу и в каждого встречного отдельно...»

Всё рассчитано, взвешено и оценено, как будто и с голоса, и с мимики берут тоже пошлину, как с окон, с колесных шин

Англичан он описал как красивых и породистых людей, жизнь которых очень рациональна. При этом ему понравилось британское любопытство и стремление к знаниям: «...Нигде, я думаю, нет такого множества средств приобресть дешево и незаметно всяких знаний. <...> На каждом шагу манят отворенные двери зданий, где увидишь что-нибудь любопытное: машину, редкость, услышишь лекцию естественной истории. Есть учреждение, где показывают результаты всех новейших изобретений: действие паров, образчик воздухоплавания, движения разных машин».

Гончаров отметил, что англичане постоянно стремятся к удобствам и для этого изобретают всякие машины и механизмы. Но все же русский образ жизни казался ему душевней.

В Англии «торговля видна, а жизни нет», или, как пояснил он дальше, торговля и есть жизнь. И как-то слишком спокойно все. «Нет ни напрасного крика, ни лишнего движения, а уж о пении, о прыжке, о шалости и между детьми мало слышно. Кажется, всё рассчитано, взвешено и оценено, как будто и с голоса, и с мимики берут тоже пошлину, как с окон, с колесных шин. Экипажи мчатся во всю прыть, но кучера не кричат, да и прохожий никогда не зазевается. Пешеходы не толкаются, в народе не видать ни ссор, ни драк, ни пьяных на улице, между тем почти каждый англичанин напивается за обедом. Все спешат, бегут: беззаботных и ленивых фигур, кроме моей, нет».

Португалия, остров Мадейра: солнце светит не по-нашему 

На этом острове писатель отметил яркий южный колорит: «И тут солнце... как-то румянее; тени оттого все резче... Из-за заборов выглядывает не наша зелень».

Люди тоже не такие, как на севере: « ...нас окружила толпа португальцев, очень пестрая и живописная костюмами, с смуглыми лицами, черными глазами, в шапочках, колпаках или просто с непокрытой головой, красавцев и уродов, но больше красавцев. Между уродами немало видно обезображенных оспой. Есть и негры, но немного. Все они, на разных языках, больше по-французски и по-английски, очень плохо на том и другом, навязывались в проводники».

На Мадейре Гончаров впервые попробовал бананы и езду в паланкине. И то и другое ему не понравилось. Бананы сравнил одновременно с дыней и картофелем, а в паланкине носильщики не давали глазеть по сторонам, все время опрокидывая писателя навзничь: «Однако ж лежать мне надоело: я привстал, чтоб сесть и смотреть по сторонам. Преширокая ладонь подкралась сзади и тихонько опрокинула меня опять...»

Южная Африка, мыс Доброй Надежды: Англия везде и всюду 

Команда фрегата «Паллада» высадилась на берег в местечке Саймонсбей. Гончаров и его товарищи увидели совершенно незнакомый мир: «… всё другое: и человек, и платье его, и обычай... Плетни устроены из кустов кактуса и алоэ: не дай бог схватиться за куст — что наша крапива! ...И камень не такой, и песок рыжий, и травы странные. <...> Собака залаяла, и то не так, отдает чужим, как будто на иностранном языке лает. По улицам бегали черномазые, кудрявые мальчишки, толпились черные или коричневые женщины, малайцы в высоких соломенных шляпах, похожих на колокола, но с более раздвинутыми или поднятыми несколько кверху полями».

Плетни устроены из кустов кактуса и алоэ: не дай бог схватиться за куст — что наша крапива! 

А вот как описаны занятия коренного населения: «...стройный, красивый негр финго, или мозамбик, тащит тюк на плечах; это кули — наемный слуга, носильщик, бегающий на посылках; вот другой, из племени зулу, а чаще готтентот, на козлах ловко управляет парой лошадей, запряженных в кабриолет. Там третий, бичуан, ведет верховую лошадь; четвертый метет улицу, поднимая столбом красно-желтую пыль… Вот идет черная старуха, в платке на голове, сморщенная, безобразная; другая, безобразнее, торгует какой-нибудь дрянью; третья, самая безобразная, просит милостыню. Толпа мальчишек и девчонок, от самых белых до самых черных включительно, бегают, хохочут, плачут и дерутся».

Гончаров с товарищами провели в Южной Африке несколько недель. Обедали в самой южной на свете таверне, знакомились с обществом Кейптауна и ездили вглубь колонии. Любовались местной природой и останавливались на английских и голландских фермах, где их вполне радушно принимали.

Англичане в Южной Африке

По мнению писателя, и Саймонсбей, и тем более Капштат (Кейптаун) были совершенно английскими: «те же узенькие, высокие английские домы, крытые аспидом и черепицей, в два, редкие в три этажа. Внизу магазины. Только одно исключение допущено в пользу климата: это большие, во всю ширину дома веранды или балконы, где жители отдыхают по вечерам, наслаждаясь прохладой».

Англичане — хозяева тех мест. Они всегда изысканно одеты, отдают приказания чернокожим слугам. Торгуют в магазинах, сидят на биржах, распоряжаются на плантациях, проектируют и строят дома и дороги. Все с той же присущей им основательностью.

Индонезия, остров Ява: нельзя богаче и наряднее одеть Землю 

Больше всего Ивана Александровича восхитила на Яве природа:

«Земли нет: всё леса и сады, густые, как щетка. Деревья сошли с берега и теснятся в воду. За садами вдали видны высокие горы, но не обожженные и угрюмые, как в Африке, а все заросшие лесом… Всё, кажется, убрано заботливою рукою человека, который долго и с любовью трудился над отделкою каждой ветви, листка, всякой мелкой подробности. А между тем это девственные, дикие леса...»

Деревня, которую посетили путешественники, вся состояла из «бамбуковых хижин, крытых пальмовыми листьями и очень похожих на хлевы». Гончаров отметил, что окон в хижинах нет — сквозь стены можно было видеть, что делается изнутри и снаружи: «А внутри ничего не делается: малаец лежит на циновке или ребятишки валяются, как поросята».

И еще о местных жителях: «Малайцы толпились по улицам почти голые; редкие были в панталонах. Они довольствовались куском грубой ткани, накинутой на плечи или обвязанной около поясницы. Рты у всех как будто окровавлены от бетеля, который они жуют и который раздражает десны».

Япония: ларец с потерянным ключом 

Переговоры с японцами на палубе «Паллады» 

В августе 1853 года фрегат «Паллада» вошел в единственный тогда открытый японский порт Нагасаки. Япония была целью всего путешествия. Адмиралу Путятину было поручено наладить отношения с закрытой страной и подписать первый российско-японский торговый договор.

«Вот этот запертой ларец, с потерянным ключом, страна, в которую заглядывали до сих пор с тщетными усилиями склонить, и золотом, и оружием, и хитрой политикой, на знакомство...»

Русских встретили настороженно. На берег сходить не разрешали. Каждый день на корабль поднималось несколько делегаций: японские чиновники в самых разных статусах. Задавали много вопросов, но письмо от адмирала губернатору передавать не спешили.

Писателя, как и всю команду, раздражала эта медлительность. Но он понимал, что в общении с японцами нужно «отречься от европейской логики и помнить, что это крайний Восток <...>изучение приличий составляет у них важную науку, за неимением пока других. Наша вежливость у них — невежливость, и наоборот».

Через месяц переговоров встреча с губернатором состоялась. Команда сошла на берег. Японский пейзаж поразил писателя до глубины души: «…все так гармонично, живописно, так непохоже на действительность, что сомневаешься, не нарисован ли весь этот вид, не взят ли целиком из балета?»

Адмирал Е. В. Путятин подписывает первый Японско-российский договор о дружбе (Симодский трактат). Храм Гэкусэндзи, 7 февраля 1855 года

Поскольку русские отказались сидеть по-японски на полу, для них в доме губернатора были поставлены кресла и стулья. Но чай им подавали, ставя на пол, и брать его было неудобно. А еще русская сторона, чтобы уважить японские традиции, решила сшить специальные тканевые мешки и надеть их поверх обуви. Но сшиты они были наскоро и потому слетали с ног. Приходилось возвращаться, искать мешки и снова надевать их…

Наша вежливость у них – невежливость, и наоборот

После долгого общения писатель признал японцев «народом не закоренелым без надежды и упрямым, напротив, логичным, рассуждающим и способным к приятию других убеждений, если найдет их нужными. Это справедливо во всех тех случаях, которые им известны по опыту; там же, напротив, где для них все ново, они медлят, высматривают, выжидают, хитрят. Не правы ли они до некоторой степени? От европейцев добра видели они пока мало, а зла много: оттого и самое отчуждение их логично».

Иван Александрович предсказал, что Япония скоро откроется и позволит хоть русским, хоть американцам изменить свою жизнь и приобщиться к мировой культуре и достижениям техники. Про само путешествие говорит так:

«Я не сражался со львами и тиграми, не пробовал человеческого мяса. Всё подходит под какой-то прозаический уровень. Колонисты не мучат невольников, покупщики и продавцы негров называются уже не купцами, а разбойниками; в пустынях учреждаются станции, отели; через бездонные пропасти вешают мосты. Я с комфортом и безопасно проехал сквозь ряд португальцев и англичан… наконец, сквозь японцев и американцев — в Японии».

Читайте также:

«Ошибки колонизаторов» Рассказ о народах и традициях, культурных ценностях и эндемичных животных, павших жертвами Великих географических открытий.

«Лев Толстой в Европе» В 1857 году 29-летний Лев Толстой путешествовал «по заграницам». Классик посещал все положенные достопримечательности, но выводы делал неожиданные. Какие — рассказываем.

«Как Россия не колонизировала Новую Гвинею» Его называли прожектером, пуфом и царьком. «Моя Планета» — о Миклухо-Маклае и мечте его жизни: создании свободного государства папуасов.

Комментарии
Здесь пока никто не написал =(
Оставить комментарий
Загрузка...
Участники клуба
Обратная связь
Cпасибо!
Ваше сообщение было успешно отправлено.
Подпишитесь 
на наши новости
Cпасибо!
Вы только что подписались на нашу рассылку. Вам отправлено письмо для подтверждения email.
В эфире
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Моя Планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
Телепрограмма телеканала «Живая планета»
06:00
Наука сна. Как спать лучше. Постановка проблемы
07:00
Люди воды. Мурманск
07:55
Тропические острова. Мадагаскар
06:00
Первый друг человека. Фильм первый
06:55
Первый друг человека. Фильм второй
07:45
Выбираем питомца. Экзотические кошки
Цель – не место, а способность смотреть на мир по-другомуГенри Миллер