Животные, прошедшие от Сталинграда до Рейхсканцелярии
Война — это не только подвиги солдат, но и удивительные судьбы животных, которые бок о бок с человеком делили и тяготы походов, и радость Победы. Они не выбирали, на чьей стороне воевать, но своей преданностью, смекалкой и порой нелепой отвагой заслужили право остаться в истории.
Верблюды Мишка и Машка
Во время боев под Сталинградом в Астрахани формировалась 28-я резервная армия, вооруженная пушками. Но вот беда: перемещать их было не на чем — ни машин, ни лошадей. Решили использовать в качестве тягловой силы верблюдов, которые водились в этих краях. По части выносливости они превосходили лошадей — могли нести до 200 кг груза и неделю обходиться без еды и воды.
В 902-м стрелковом полку имелось около двух десятков верблюдов, но самыми знаменитыми стали Мишка и Машка, числящиеся при боевом расчете Григория Нестерова. Пара была колоритная: крупный спокойный «блондин» Мишка и норовистая, более миниатюрная Машка. Особенно характер проявлялся, когда ее пытались подоить (верблюжьим молоком поили раненых) — после хорошего плевка не каждый решался подойти вторично.
В Ростове уцелевшую часть астраханского войска снабдили «студебеккерами» и лошадьми. Двугорбые отправились на хозработы. Но Мишка и Машка остались с Нестеровым. Вместе с 902-м полком они прошли тысячи километров и ранним утром 30 апреля 1945 года вошли в Берлин. Из пушки, которую Мишка и Машка тащили под огнем, были произведены первые выстрелы по Рейхсканцелярии.
2 мая, после взятия города, военные на радостях решили своих верблюдов-однополчан празднично украсить. Мишке, Машке и третьему дошедшему до Берлина верблюду Яшке (по имени калмыцкого села Яшкуль) перекинули через горбы голубые муаровые ленты, на которых укрепили полные комплекты фашистских наград, а Яшкину спину еще и покрыли попоной с надписью: «Астрахань — Берлин».
После Победы животных временно разместили в Берлинском зоопарке, а затем переправили в Москву. На перроне их провожал весь 902-й полк. А в 2014 году в городе Ахтубинске в Астраханской области поставили памятник Мишке и Машке. И Нестерова заодно с ними увековечили.
Свободолюбивый слон Вова
Летом 1941 года, когда началась война, передвижной зверинец, где выступали дрессировщик Иван Щербань и Вова, путешествовал по Западной Украине. Остальных животных срочно отправили подальше в тыл, а для слона транспорта не нашлось — уж очень большой. Немцы наступали, и Иван с Вовой отправились пешком на юг.
Осенью добрались до Еревана. Молодого слона определили в еще недостроенный зоопарк, а дрессировщик отправился воевать. Правда, успел доехать только до Ростова — пришел срочный приказ возвращаться. Слушаться кого-то, кроме Ивана, слон отказывался. С тех пор они не расставались.
Вова был вернейшим другом и помощником: таскал вместе с рабочими стройматериалы, катал детей, играл с дочерьми Щербаня и свободно гулял по территории. Затем зоопарк открылся для посетителей и животное пришлось запереть в вольере.
Вова подрос и все время хотел есть. Просовывал хобот через ограждение и добросовестно объедал всю зелень, до которой мог дотянуться. Однажды он проломил вольер и сбежал — отправился на склон есть траву. Увеличить рацион работники зоопарка не могли, и Вову стали выпускать пастись. Ближе к вечеру Иван шел за ним — и они возвращались в зоопарк. Так прошло почти 30 лет. В один июньский вечер 1970 года они пошли другой дорогой, слон то и дело задевал фонарные столбы. Наутро выяснилось, что Вова сбежал из вольера.
Что тогда случилось с мирным слоном, точно не установили, но он начал буянить: протаранил троллейбус, затем поддел легковушку и ринулся к центру города. Животное пришлось уничтожить. Ненадолго его пережил и Иван.
Медвежонок Войтек
Однажды весной 1942 года солдаты Армии Андерса, двигавшиеся из СССР через Иран под командованием британских союзников, повстречали на горной дороге мальчика-пастуха. Из его мешка высовывалась мордочка новорожденного медвежонка. Поляки не смогли пройти мимо такого чуда и совершили взаимовыгодный обмен: за несколько банок консервов, шоколад и перочинный ножик мальчик с удовольствием отдал им зверя породы сирийский бурый.
Медвежонка окрестили Войтеком, соорудили ему импровизированную соску, выкармливали разбавленным сгущенным молоком, а на ночь клали с собой — чтоб не замерз. 22-й транспортный батальон Второго польского корпуса к нему привык как к родному. Войтек не тяготился кочевой жизнью и охотно разделял все ее радости и трудности со своими друзьями. Прогуливался у полевой кухни, где без капризов ел все, что давали, особенно фрукты, мармелад и мед. В Палестине, куда перебросили Второй корпус, помог поймать забравшегося в лагерь вора — тот так ошалел, увидев медведя, что даже забыл убежать.
Прославился Войтек после сражения при Монте-Кассино в 1944 году, где поляки оказались отрезаны от основного войска. Быстро разгрузить машину со снарядами и отнести их на гору для солдат стало делом жизни. Медведь не остался в стороне. Очевидцы рассказывали, что он подошел к грузовику, встал на задние лапы, а передние вытянул, будто что-то просил. Ему дали ящик со снарядами, и мишка понес их в гору! Это повторялось раз за разом. В результате союзные войска прорвали линию немецких укреплений и вошли в Рим, а силуэт медведя, несущего в лапах снаряд, стал эмблемой 22-й роты Войска польского. После демобилизации, в 1947 году, Войтек поселился в Эдинбургском зоопарке в Шотландии. Там и прожил до 1963 года, время от времени навещаемый однополчанами.
Материал впервые опубликован в 2016 г., обновлен в 2026.
